Если не в Тромсё, то куда? Куда он меня вёз?

Постепенно пейзаж за окном менялся. Первым пропало море. Затем прибрежная зона. Появились поля. Затем нас снова окружили деревья. Дорога стала уже, тяжелее. Вот только это совсем не помогало с догадками, куда же мы всё-таки направлялись.

А ведь прошло больше полутора часов, как мы выехали из посёлка.

— Почти на месте, — наконец подал голос Дани.

Я тут же приободрилась, заозиралась, выискивая хоть какие-то ориентиры. Но кроме деревьев и заснеженной дороги ничего не видела.

Вот нельзя сразу сказать, едем туда-то, будем тогда-то, посмотрим то-то. Нет, надо нервы мои доканать молчанием. А потом опять будет говорить, что я много ворчу. А как не ворчать, когда от любопытства уже крыша едет? Нельзя так с девушками. Вот нельзя, и всё тут!.

А потом я увидела их…

И все возмущения стёрлись под натиском небывалой радости.

Точнее сперва глаз зафиксировал небольшую площадку с одиноким автомобилем в стороне. Уже потом — их. Моих девчонок. Раю и Еву. Они крутились возле капота, выбирая лучший ракурс для совместного селфи. Но сразу же поубирали телефоны, стоило заметить нашу машину. Закричав громко, замахали руками и бросились в нашу сторону. Да что уж там. Я и сама едва не вылезла из машины на ходу, благо центральный замок не позволил выразить свою радость испорченным здоровьем. Но как только он щёлкнул, оповещая об открытии, тут же вывалилась наружу, попадая в плен двух пар рук.

— А-аа! Наконец-то! Мы думали, уже и не увидим тебя больше до конца каникул! Я так по вам соскучилась, девочки! — заголосили мы наперебой на всю округу.

Даже я не разбирала кто и что говорил. Я просто была так счастлива, что вообще не контролировала эмоции. Тискала то одну, то другую, то сама пищала от того, как сильно меня обнимали в ответ.

Божечки, я ведь правда безумно по ним соскучилась.

— Когда твой Дани вчера позвонил и пригласил сюда, мы сперва не поверили своим ушам, — принялась рассказывать одна Рая. — А утром к нам пришёл он, — кивнули на стоящего в стороне мужчину, которого я не заметила раньше. — И даже теперь не верится, что ты наконец с нами.

— Мы уже подумывали спасательную операцию заказывать. Свалила и даже не позвонила ни разу. Хорошо, хоть рыжик твой предупредил нас, что с тобой всё хорошо, и вы вместе отдыхаете, — укорила Ева.

Я даже соизволила покраснеть от чувства вины. Правда оно быстро себя изжило, когда следом Рая спросила пониженным голосом:

— Кстати… — покосилась на Дани с любопытством. — Что у вас? Ты вроде говорила, что он тебе не понравился.

На смену вине пришло дикое смущение. Я тоже покосилась на Дани, поймала его нахальную улыбку и едва сдержала желание вернуться в машину и закрыться в ней. Чтобы ни его не видеть, ни девчонок не слышать. Я же ни разу ещё не сказала Подсолнуху напрямую, что он мне нравился. И девочкам из-за этого тоже признаться в том не могла. Он же услышит!

А они ждали. И он тоже, естественно, ждал.

Вот же… ужас какой.

А впрочем…

— Он и не нравится, — повела плечом в видимом безразличии. — Так, просто… разнообразие.

Мысленно показала Подсолнуху язык. Ибо нечего подслушивать чужие разговоры. Он если и догадался, то всё равно недовольно прищурился, растеряв весь свой довольный вид. Зато у меня улыбка стала только шире. После долгих часов его молчания, считала, имела право немного повредничать.

Хотя не спорю, сюрприз вышел замечательным.

Девчонки, кстати, быстро смекнули, что крылось за моими словами, хихикнули обе одновременно.

— Разнообразие значит, — тихо протянули хором.

— Почему нет? — посмотрела на них с весельем.

— И то верно, — поддержала Рая. — Тем более, если на пути попался такой красавчик.

Красавчик, кстати, заметно скривился от того, насколько его персону только что обесценили, возведя в ранг обычного развлечения.

На этот раз не удержалась и показала ему язык уже наяву.

Дани снова прищурился, после чего нагло усмехнулся, одарив таким взглядом, от которого мурашки побежали по всей коже, а между ног стало горячо и влажно.

Чтоб мой предательский организм!

Будто реально настроен на какие-то его частоты.

Фыркнув, сделала вид, что не заметила.

— Так, ладно, фиг с этим рыжим, лучше скажите, что мы здесь делаем, — спросила у подруг.

Те удивлённо переглянулись, потом посмотрели на меня в некотором опасении.

— Тебе разве не сказали? — спросила Ева.

— Спрашивала бы я иначе? — закатила глаза.

— Ну…

— Тогда и мы тебе не скажем, — перебила Рая.

— Почему? — уставилась на неё в шоке.

— Сюрприз должен оставаться сюрпризом до самого конца, — ответила она назидательно.

И, ухватив Еву под руку, направилась вместе с ней к ждущим в стороне мужчинам.

— Прости, — только и пискнула Ева, тоже выбрав сторону остальных.

Вот вам и подруги…

Насупившись, потопала за ними следом.

Но это же надо, взяли и выбрали сторону рыжего гада.

Вообще офигели!

Впрочем, не долго я возмущалась. Как только мы приблизились к нашим сопровождающим, они тут же выпрямились, а незнакомый мне пока ещё мужчина кивнул.

— Представлюсь ещё раз. Меня зовут Торстейн, — произнёс он неожиданно на русском. — На сегодня я ваш сопровождающий при подъёме на гору. Большая просьба отнестись к моим словам серьёзно и не сходить с маршрута.

Мы все дружно кивнули. Он ответил тем же и полез в багажник.

— Это снегоступы, — достал из него пару тяжёлых синих креплений для ботинок, что расширялись от пятки к носку. — Они обязательны. Без них вы увязнете в снегу по пояс. Затягивайте крепления плотно, но не перетягивайте, иначе к середине пути ноги онемеют.

Он протянул их стоящей ближе к нему Рае. Она забрала, задумчиво взвесила шипастую конструкцию в руке и отошла в сторону. Вторая пара досталась Еве. Я же свою взять не успела — Дани опередил.

— Я помогу, — сообщил, подходя ближе.

Я не успела отреагировать, а он уже приподнял меня одной рукой за талию, отнёс к нашему авто и усадил прямо на капот. Попу тут же приятно согрело остатками моторного тепла. Закусив губу, я, старательно сдерживая довольство, наблюдала за тем, как Подсолнух присаживается на корточки и принимается закреплять снегоступы на моих ботинках. Сперва правый. Затем левый.

— Я бы могла и сама, — не удержалась от замечания.

— Я знаю. Но мне нравится о тебе заботиться.

Ш-шш, горячо!

Я прям почувствовала, как у меня резко возросла температура, а кровь прилила к голове.

— Тем более, надо же мне как-то переставать быть для тебя просто развлечением, — добавил он ехидно.

С губ сорвался смешок.

— И ты решил, что помощь со снегоступами тебе в этом поможет? Тогда я тебя разочарую, — ответила в издевательски сочувственной форме.

И тут же вскрикнула, когда Дани вдруг выпрямился и резко притянул меня на край капота, из-за чего я буквально повалилась назад. А он, никого не стесняясь, раздвинул мои ноги шире, устраиваясь между ними, а затем склонился ниже. Губы обжёг тихий выдох.

— Нет. Снегоступы — это разминка. Всё остальное, за что ты будешь меня любить, я покажу тебе позже.

Пошляк!

— Что-то я сомневаюсь, что это сработает, — продолжила вредничать.

— Один раз ты уже проиграла. Хочешь поспорить ещё раз?

Теперь не только попу и голову горячило, но и всю меня, стоило только вспомнить то, на что он намекал.

— А если да? — ответила вопреки настоящим эмоциям.

— Кто я такой, чтобы разочаровывать любимую девушку? — улыбнулся он, оставляя на губах ласковый поцелуй.

Я же… зависла.

Любимая, он сказал.

Да, прежде он меня уже так называл, но там это звучало скорее как оскорбление. А тут как что-то настоящее. Искреннее. Живое.

Ой, мама-мамочка…

Происходящее резко перестало быть шуткой. Воздух и тот как будто сгустился, потяжелел, несмотря на зимнюю чистоту. И на Дани больше смотреть, как прежде, не получалось.