Все, кроме меня, разумеется!

— Я не стану украшать ничью постель!

— Ну, это вы уже потом разберётесь, без меня.

Прекрасно! Перспектива быть проданной кому-то для развлечения замаячила передо мной особенно отчётливо. Спасибо Зериону — он, может, и не хотел меня подставить, но всё-таки подставил. И если мне удастся освободиться, а он потом отыщется, я сама лично разобью ему лицо!

К сожалению, относительная свобода длилась недолго. Мне снова связали руки и заткнули рот, как я ни пыталась увернуться. После через чёрный ход вывели на улицу — прямо к угнанной вместе со мной повозке. Я вновь оказалась внутри — все шторки на окнах были задёрнуты, крыша полностью поднята. Я успела отследить, что мы не поехали через город, а сразу двинулись к окраинам и вскоре вновь оказались на дороге, ведущей неизвестно куда.

Сколько придётся ехать, никто мне, разумеется, не сообщил. Но через некоторое время мне хотя бы развязали рот, и я вновь получила способность задавать вопросы.

— И куда вы планируете меня увезти? В свою пустыню? — спросила, как только Вигго убрал служивший кляпом платок себе в карман.

— О нет, не так далеко. Слишком хлопотно потом таскать вас туда-сюда. Если придётся, мой знакомый отправит вас дальше уже после сделки.

— Не будет никакой сделки! — возмутилась я громче.

Как назло, дорога оказалась весьма пустынной, за всё время выезда из города нам не попалась навстречу ни одной повозки, поэтому мои возгласы вообще никто не мог услышать. А жаль.

— Ну, это уже зависит не от меня и даже не от вас. Всё будет зависеть от лорда Стоунхарда.

На этом Вигго замолчал, я же насупилась и уставилась в тонкую щель между занавесками на оконце. Всё время я чувствовала пристальный и слегка плотоядный взгляд другого хамадида, но старалась не подавать вида, насколько сильно он меня напрягает.

До нужного места мы добрались только через несколько часов. Сначала из коляски вышел Вигго, его на крыльце весьма солидного кирпичного особняка встретил чем-то похожий на него мужчина. Его кожа была ещё смуглее, а одежда выдавала некоторые национальные детали. Похоже, на землях этого поместья что-то выращивали, а затем продавали — хозяин явно не бедствовал.

После того как Вигго о чём-то договорился с хозяином, они оба пошли к повозке. Дверца распахнулась, и меня вытащили наружу. Холодный взгляд незнакомца спустился вдоль моего тела от лица до самого края подола, затем поднялся обратно. Он разглядывал меня очень долго, показалось, а затем наконец разлепил смуглые губы и проговорил:

— Ты скажи мне, Вигго, отдаёшь или только дразнишь?

— Вы вообще не имеете права так обо мне говорить! Я планирую домой вернуться вообще-то! — всё-таки решила я высказаться. Пусть знает, что так просто я не сдамся. Чем бы это всё ни закончилось, найду способ сбежать.

— Пока я просто предлагаю оценить, какая жемчужина попала мне в руки, — загадочно ответил Вигго. — И её нужно сохранить. Надёжнее всего это получится сделать в твоём доме, Идрис. У тебя крепкие стены и охрана. Если всё пройдёт, как надо, она достанется тебе. Я знал, что тебе понравится.

— Понравится, — хмыкнул Идрис. — Веди в дом. Но наведёшь на меня беду, Вигго, сам отсюда уже не выйдешь!

Какие у этих хамадидов высокие отношения! Никто никому не друг, получается? Всё держится только на сомнительных договорах и вероятностях. Тычком в спину мне приказали идти вперёд — я гневно обернулась на бандита, но всё-таки сделала шаг, а дальше меня уже потянул сам Вигго, взяв за связанные спереди руки.

— Зачем вы вообще вцепились в это ожерелье? — наконец поинтересовалась я, пока меня вели в дом. — Вы готовы воровать людей, угрожать им и рисковать своей жизнью. Ради чего?

Вигго обернулся и смерил меня слегка удивлённым взглядом.

— Вам, наверное, и правда не понять, — передёрнул плечами. — От этого артефакта зависит магия моего племени, его связь с Огненным Расколом, который всегда был нам другом.

— Раскол — другом? — я фыркнула.

— Вигго просто хочет власти, — внезапно вмешался Идрис, который шёл сзади и, похоже, с такого ракурса постоянно меня оглядывал. В какой-то миг я даже почувствовала, как он коснулся моих волос. Бр-р!

— Я хочу процветания своего народа! Как давно ты был на берегах Аль-Фиды? — едва не набросился на него Вигго. — Ты уже и забыл, видно, как она выглядит. Так что не тебе меня судить.

— Ладно! Ладно… — сдался Идрис. — Но власти ты всё равно хочешь, тебе покоя не даёт мысль о том, что истинные наследники сидят в Медном Заслоне и хамадиды теперь по сути подчиняются им.

— Мне всё равно, — бросил Вигго.

Я же не стала дальше вникать в сложности политической обстановки где-то далеко отсюда. И угораздило же Зериона завладеть таким проблемным артефактом, который привёл сюда тех, с кем, может, в других обстоятельствах я никогда и не столкнулась бы!

Пустынные люди — подумать только! — в поисках ожерелья их занесло так далеко.

Я видела карты империи, изучала их, чтобы не оставаться невеждой. Отсюда до других Расколов — сотни километров! И случилось же такое!

Дом у Идриса и правда оказался просто роскошным — причём в таком классическом смысле, когда хозяин пытается окружить себя самыми дорогими и красивыми, на его взгляд, вещами. Позолота, вазы, ковры, мебель из дорогущего дерева, зеркала повсюду, куда мог упасть взгляд. Прямо Версаль какой-то, только в миниатюре.

У меня даже в глазах зарябило от такого великолепия. Жить в таком окружении утомительно, взгляду не на чем отдохнуть.

— Нравится? — шепнул мне на ухо Идрис, который так и держался за моей спиной.

Я ничего не ответила, только отвернулась. Если он считает, что сделка состоится, и я останусь здесь, то он очень сильно ошибается! Меня повели на второй этаж, затем на третий — это оказалась просторная мансарда со стенами, которые имели только едва заметный наклон. Похоже, здесь располагались гостевые комнаты.

В одной из них мне и положено теперь было находиться. Здесь меня и оставили, предварительно развязав руки — хоть какая-то свобода.

— Вам принесут поесть. Всё будет хорошо, я уверен! — сообщил Идрис перед тем, как закрыть за собой толстую на вид дверь.

И я наконец осталась одна. Наверное, его понимание “хорошо ” немного отличалось от моего. Для меня хорошо было бы вернуться к сыну! Прямо сейчас. Поэтому я быстро обошла пышно обставленную комнату в поисках уязвимых мест. Но их тут, кажется, совсем не было! Окна располагались очень высоко — но, даже если удастся выбраться через них, куда деваться потом? Дверь, разумеется, была заперта, а судя по голосам снаружи, за ней выставили охрану.

Я сделала несколько кругов по периметру, но так и не придумала, как отсюда можно выйти, зато обнаружила ванную комнату и небольшую пустую гардеробную. Просто прекрасно! Казалось бы, условия содержания улучшились, но легче мне от этого не стало. Да ещё этот Вигго, похоже, решил продать меня в любом случае — отдадут ему ожерелье или нет. Какой он самоуверенный! Считает, видно, что ничего ему за это не будет, что ему удастся выйти сухим из этой зловонной жижи.

Устав бродить по комнате, я села в резное кресло. Окна были высоко над головой, давали достаточно света, но казались совершенно недосягаемыми.

Вскоре служанка и правда принесла мне поднос с едой — и чего там только не было! И овощи, и запечённое мясо, и целая ваза с фруктами! Идрис точно не бедствовал. Мне даже любопытно стало, чем он занимается. Однако я не упустила момент, схватила служанку за руку, прежде чем она успела уйти, и затараторила:

— Пожалуйста! Меня держат здесь в плену! Мне нужно уйти, вернуться домой. У меня сын, понимаете? Он беспокоится, ждёт меня… Вы можете мне помочь?

Девушка выслушала мою торопливую речь, а затем нахмурилась и покачала головой. Не может помочь? Или не хочет? Но оказалось другое — она ответила мне на каком-то непонятном языке — похоже, не местная. Или ей приказали сделать вид, что она меня не понимает. В общем, сразу стало ясно, что никакого сочувствия мне от неё не дождаться.