Где-то далеко рокотал гром. На лес медленно наползала темная тень сумерек. Меж стволов сосен маячили силуэты гостей из Иного мира, странных, пахнущих магией, раскачивающихся на ветру. Нэи подняла голову и увидела, что над кронами деревьев клубятся тяжелые чернильно-синие тучи – предвестницы грядущей грозы. Было тихо и прохладно. Девушка побежала еще быстрее, наплевав на ломоту в мышцах ног, подстегиваемая мыслью о том, что в деревню нужно вернуться до темноты. Она вновь оказалась на краю знакомого ей уже оврага, снова увидела следы во мху – шутки местных духов – покружила около них, и побежала дальше, убедившись, что следы никуда не ведут. С верхушки сосны вслед ей раздалось разочарованное оханье. Девушка не стала пытаться рассмотреть того, кто издавал эти звуки – в сумерках это было бы пустой тратой времени. На лоб Нэи упали первые дождевые капли; крупные и тяжелые, они стекли по ее лицу, как слезы, приятно холодя горячие от быстрого бега щеки.

Подул ветер. Первый его порыв был мягким, гладящим, но затем он стал набирать силу, как это часто бывает перед грозой. Лес наполнился скрипом сосен, треском сухих ветвей и шорохом листьев, стволы деревьев в темноте казались синими призраками. Нэинри не заметила ветку, и та больно хлестнула ее по лицу, споткнувшись, девушка упала в мох, оцарапав ладони об острый сучок. Ветер взметнул влажные от пота и дождевых капель волосы, и Нэи услышала голос. Это был окрик с той стороны, откуда дует ветер. Он мог быть голосом духа или какого-нибудь мага, но позабыв об осторожности, девушка закричала в ответ:

– Эй! Эгей!

Но ветер нес ее голос в другую сторону. Дождь расходился, скоро крупные дождевые капли сильно и часто забарабанили по ее спине. Чуть отдышавшись, Нэи вскочила и побежала в ту сторону, откуда ветер принес голос. Вскоре до нее донесся новый оклик, а затем еще два похожих, и Нэи бежала на звук. Стемнело совсем. Ветер дул нещадно, но на земле это можно было понять только по тому, как отчаянно раскачиваются и стонут сосны. Дождевые капли превратились в хлесткие струи, сделавшие пальто темным и тяжелым, а штаны – холодными и неприятно липнущими к коже. Нэи смотрела в основном себе под ноги, чтобы не споткнуться и не упасть, но, когда подняла голову, увидела впереди, среди деревьев теплый рыжеватый огонек, который мог быть только огнем масляной лампы.

– Эй! – набрав в грудь побольше воздуха, крикнула Нэи и побежала на свет.

Ей ответили, и она явственно различила в далеком крике свое имя.

"Селла! Это, наверное, Селла!", – радостно подумала она и прибавила скорости.

Чем быстрее она бежала, тем ярче и ближе становился свет. Вскоре девушка различила среди сосен силуэт, слабо освещенный желтым сиянием, и еще один силуэт рядом. Они шли в ее сторону.

– Селла! Селла! – закричала Нэи и, не заметив поваленное деревце, споткнулась и рухнула в заросли травы и кустарника бэй.

Она зашипела от боли сквозь сжатые зубы и стала тереть ушибленное колено. Когда девушка подняла голову, свет лампы ударил ей в глаза. Она машинально прикрыла лицо тыльной стороной ладони и поднялась, щурясь.

– Ну наконец-то! – воскликнула Селла – а это, конечно, была она, огромная, чумазая и вымокшая до нитки. – Мы уж думали, ты улетела из леса, как пинна!

– Они же почти не летают, – слабо улыбаясь, проговорила Нэи, вспоминая этих жителей Иного мира, маленьких и безобидных, похожих на короткокрылых птиц с кошачьими лицами.

В Истинном мире они плохо перемещались по воздуху – чаще перепархивали с ветки на ветку, нередко при этом срываясь и падая. О том, что можно в любой момент переместиться в Иной мир, пинны почему-то забывали.

– А я что говорю! – кивнула женщина. – Именно как пинна ты бы и полетела.

– Я так рада, что ты нашла меня! – Нэи не обратила внимания на колкость и повисла у Селлы на шее, жалостливо всхлипнув.

– Ну-ну, – женщина поспешно ее отстранила, придержав руками за плечи. – Нужно скорее возвращаться назад.

– Я видела магов, – поспешно сказала девушка, вспомнив о самой важной своей новости. – Их было несколько человек, и они куда-то уходили.

– Уходили?! – воскликнула женщина.

В голосе Селлы явственно прозвучали нотки испуга.

– Мы можем не успеть!

Нэи никак не ожидала услышать этот голос. Она обернулась и увидела Осколка Тьмы, стоящего чуть в отдалении – темный, закутанный в плащ силуэт со слабо светящимися глазами.

– Что-то случилось? – ощущая растущую напряженность обстановки, спросила она.

– Маги идут в деревню, – коротко сказала Селла.

– Аскель… – прошептала девушка, прижимая пальцы к щеке в жесте испуга.

Как всё начиналось: часть третья

Дальше они бежали через лес, уже втроем. Ливень щедро поливал их спины. Деревня оказалась не так далеко, и первым, что они заметили, приближаясь, было странное рыжеватое зарево над нею. Они не стали искать дорогу и ворота, а перелезли прямо через забор, скользя на мокрых досках – Селле это далось с большим трудом. Оказавшись по другую сторону забора, Нэи на секунду не поверила своим глазам, потому зажмурилась и открыла их вновь. Все дома, попавшие в поле зрения были объяты огнем, и ливень не гасил пожар. Нэи стояла на противоположной стороне дороги, но почти сразу ощутила, что ей жарко. Кончики пальцев уже знакомо покалывало.

– Акрана их ослепи, – прошептала Селла; в черных глазах отражались рыжие блики.

Однако женщина быстро взяла себя в руки.

– Вы двое! Бегите к выходу из деревни, к большой дороге! Только не идите через лес, лучше по дороге. Не ждите меня – уходите, бегите к мосту, там вода. Живы будем, отыщемся. Не дай Акрана, пожар перекинется на лес! Я пойду за Аскелем. Ну! Бегом!

Нэи с Осколком Тьмы переглянулись, и, не сговариваясь, бросились бежать. Девушка не была уверена, что тот знает, где находятся ворота, и поэтому махнула рукой, указывая направление:

– Туда!

Он только кивнул, дальше они бежали молча. Когда Нэи и Осколок Тьмы прибыли на место, то увидели, что ворота уже распахнуты. Возле них толкалась отчаянно гудящая толпа народа, однако никто не бежал за ворота.

"Почему они не уходят?" – подумала девушка и, приглядевшись, тотчас поняла, почему.

У ворот стояли маги. И не только у ворот, маги кольцом окружали толпу, не давая сбежать ни одному человеку. Они преграждали выход, пропуская людей по одному, при том, прежде чем выпустить кого-либо за ворота, его тщательно обыскивали.

– Бежим назад! – крикнула Нэи и повернула в обратную сторону.

– Что? – Осколок Тьмы опешил, но последовал за ней. – С ума сошла? Мы заживо сгорим!

– Но тебя могут не пропустить! И меня тоже. Откуда нам знать, что они ищут?

Нэи на секунду остановилась и закашлялась. Дым немилосердно резанул легкие.

– Они ищут душу мира! – крикнул в ответ змееносец.

Рядом затрещала и рухнула, проваливаясь внутрь, крыша одного из домов. Нэи проследила ее падение взглядом. Обращенный дернулся, боязливо обернувшись.

– Все равно! Пойдем через лес. Огонь – не простой огонь. Не спалят же они сами себя!

– Да, да, только идем скорее, – Осколок Тьмы не стал с ней спорить.

Они хотели в очередной раз перелезть через забор. Обращенный уже сидел на нем, протягивая Нэи руку, когда ее отвлек оклик.

– Нэи!

Девушка обернулась. Истошно вопя, к ней несся маленький темный силуэт, тащивший за собой что-то тоже темное и явно тяжелое. При ближайшем рассмотрении силуэт оказался Аскелем, а то, что он волок – огромным баулом, из которого торчало какое-то тряпье, местами уже обуглившееся.

– Аскель! – позвала она брата. – Скорее сюда! Где Селла?

– Я не знаю! Я ее не видел с тех пор, как она за тобой ушла.

Мальчик подбежал вплотную к забору, не отпуская своей ноши.

– Бросай свою сумку и лезь через забор, – торопливо говорила Нэи. – Если что, я тебя подсажу!

Однако расставаться с баулом Аскель отказался наотрез, мотивируя это тем, что "там деньги и вообще все средства к существованию". Наконец, он хотел уже начать копаться в сумке, чтобы достать оттуда упомянутые средства, но Нэи не дала ему этого сделать. С большим трудом они с Осколком Тьмы перекинули баул через забор, а потом перебрались сами. Последней в мокрую траву спрыгивала Нэи. Потом она и обращенный подхватили сумку с двух концов и понесли ее, с трудом координируя движения и поочередно врезаясь в стволы деревьев. Аскель бежал рядом, отчаянно крича, что он может нести и сам.