И чем больше мужчина думал о нём, тем сильнее становилась боль.

«Полечу в Лиссабон. Найду. Поговорю по-мужски» — решил он. Отбросив скомканный бумажный диск, поднялся, и пошёл на выход из трейлера, по пути забирая телефон со столика.

Выйдя на улицу, он тут же прищурился из-за яркого палящего солнца.

Проведя пальцем по экрану, Фассбендер в сотый раз набрал номер Козловского.

«Абонент недоступен или находится вне зоны действия» — заявил равнодушный голос.

Майкл стиснул зубы и отнял телефон от уха. Хотелось расхерачить его к чертям.

— Приятель, мне кажется, настало время поговорить, — произнёс Джастин, появляясь буквально из ниоткуда.

Впрочем, Фассбендер совсем не интересовался, что происходит вокруг и есть ли кто-то рядом.

Слабо попытался улыбнуться, взглянув на коллегу:

— Ты снимаешь меня с роли?

— Нет. А надо бы. Ибо ты сегодня такое бревно, — рассмеявшись, режиссёр похлопал его по плечу, — объясни, что с тобой творится? Ты сам не свой.

— Да всё в порядке.

— Твои глаза, твоя мимика выдают тебя. Ты ведь знаешь, что я всегда готов тебе помочь, правда? — Джастин сжал плечо актёра, становясь абсолютно серьёзным.

— Я не могу об этом говорить. Я…

— Проблемы на личном? — понимающе улыбнулся Курзель.

— Да, — растерянно ответил Майкл, — он исчез и я не знаю, что мне делать. Вернее, знаю… Надо лететь, искать его…

— Только не в таком состоянии. Идём-ка, выпьем.

Не дожидаясь реакции ирландца, Джастин обнял коллегу за плечи и повёл в сторону дороги. Подальше от места съёмок.

В баре Майкла совсем развезло.

Он перебрал с бренди и взялся за виски.

Нелепо шутя в компании каких-то незнакомых людей, он казался человеком совершенно отчаявшимся.

Один раз даже поднялся и грубо развернул к себе лицом брюнета, так похожего на Данилу. Увы, это оказался не он.

Потом он каким-то образом добрался до гостиницы, где остановился. Кто его привёз — не помнил.

Развалившись звездой на холодной двуспальной кровати, он снова и снова покручивал в голове те замечательные мгновения, что они провели вместе с русским.

Где он теперь? С кем?

Пьяное воображение рисовало интимные моменты более яркими, красочными, добавляло в них красоты, оттого на душе становилось только хуже.

И вот раздался звонок.

Медленно ощупав карман джинсов, Фассбендер достал телефон. Долго возился со снятием блокировки…

— Алло.

— Майкл, это я, — знакомый голос с грубоватым акцентом заставил Фассбендера резко сесть, выходя из полупьяной неги, — прости, что пропал… мне пришлось улететь.

— Что? Куда? Куда ты улетел? — почти прорычал актёр, сжимая трубку до боли в кисти.

— В Ригу. Я придурок. Испугался, что отец Алины навредит твоей репутации. Я далёк от вашего мира кино и не знаю, как это всё работает… Но мне тяжело без тебя, — Козловский говорил так трепетно и нежно, что у Майкла в груди разлилось сладкое тепло.

Словно чья-то рука обрабатывала раны мёдом.

— Он угрожал тебе? — сипло спросил Фассбендер.

— Да. Но мне всё равно, что будет. Я выпил вина и я сейчас такой смелый, что сам в шоке… Мне кажется, я тебя люблю. Не могу не думать о тебе, — голос Данилы дрогнул на последнем слове.

— Ты действительно придурок, — актёр замолчал, дабы выдержать эффектную паузу, — потому что я не знал, что думать. Это, блять, даже жестоко, надеюсь, понимаешь?

— Прости…

— Чтоб больше никогда ничего подобного не было, — резко произнёс мужчина, дрожащей свободной рукой проводя по лицу, — завтра вылетаю к тебе. Диктуй адрес. И без глупостей.

На душе становилось спокойней.

А слова о любви дарили надежду. Заставляли сердце трепетать так, что приходилось сглатывать и закрывать глаза.

Часть 10

Услышав настойчивый стук в дверь, Даниил поспешно поставил ролик на паузу и пошёл открывать.

— Сукин ты сын, — пробормотал Майкл, тут же набрасываясь на парня и припечатывая его спиной в стену.

Губы встретились в долгожданном поцелуе, терзая друг друга.

Ирландец выглядел одичавшим, рыжеватые волосы торчали в разные стороны, а трёхдневная щетина кололась.

И Козловскому это до одури нравилось. Задыхаясь, он крепко обнял актёра, отвечая на ласки языка своим.

В какой-то момент они оказались на широкой кровати, застеленной прохладной простынью.

Сдирая с русского футболку, Майкл покрывал поцелуями каждый миллиметр его торса, заставляя прогибаться в спине и стонать.

Колкая щетина царапала кожу, даря тем самым Даниле пикантные ощущения.

— Не шевелись, — велел актёр, неровно дыша.

Отстранившись от парня, он стащил с себя джинсы с бельём нетерпеливо, нервно.

Взгляду русского предстал большой красавец-член, при виде которого собственная эрекция становилась всё сильнее.

Козловский рухнул на подушки, позволяя раздвинуть в стороны свои ноги и согнуть их. Он и сам с удовольствием оттрахал бы Фассбендера, но не был уверен, согласится ли тот. Да и обсуждать это сейчас было бы глупо.

— Чертовски скучал по тебе, — добавил ирландец, крепко сжимая плоть парня в своей ладони. По спине обоих тут же побежали мурашки.

— И я скучал, — нетерпеливо простонал Даниил, толкнувшись бёдрами в чужую горячую руку.