— Роско уже обратился за помощью, — возразила я. — А ты как, руку сумкой не натер?

— Не натер, — заверил он. — Она и не к такому привыкши.

И заржал еще, вот идиот.

— Я заметила у Роско рисунок на запястье, — сказала я прямо. — Ты что-нибудь знаешь об этом?

— Знаю, но не скажу.

Я отхлебнула компот, раздумывая, как подойти к вопросу с другой стороны. Как проницательно заметил Гус — я девушка. А у него явно покровительственное отношение к женскому полу. Так почему бы не сыграть на этом?

— Я волнуюсь, Густав, — почти не соврала я и даже шмыгнула носом. — Роско тоже ничего не говорит. А вдруг это что-то плохое? Вдруг я, как целитель, пропущу опасный симптом? Эта практика очень важна для меня! Я боюсь, что завалю все в самом начале!

Гус утешающе похлопал меня по плечу.

— Я бы с тобой согласился, звезда, — сообщил он доверительно. — Насчет симптома. Но опасности нет.

— У него это со сплетенной ночи? — понизив голос, спросила я.

— А ты шаришь, — одобрительно сказал Гус и, склонившись ко мне, шепнул: — Роско встретил свою судьбу.

Тот как раз запрыгнул на бочку и теперь танцевал на ней, отбивая ритм пятками. Кто-то запустил огненных светляков, и тень Роско металась по стене, то вырастая, то падая. Он стащил рубашку и закрутил ее над головой, а блики обрисовали рельефный пресс.

— Да не может этого быть, — вслух подумала я.

— Серьезно тебе говорю, — заверил Гус. — Так что с Роско у тебя нет шансов, да и не было никогда. Советую обратить внимание вон на того дрыща у стеночки. Видишь, с кудряшками? Он сол какого-то дома, в академии за ним девки хвостом. В общем, доедай курицу и не теряйся.

Гус похлопал меня по спине так, что я чуть не подавилась, и отошел. А я все смотрела на Роско, танцующего полуголым на бочке. Сплетенный знак? Благословение богов? Судьба? Да ну нет же!

Роско тем временем спрыгнул с бочки и закружил в танце Джинджер, которая рассмеялась и запрокинула голову, так что рыжие локоны рассыпались по ее спине сверкающими волнами. Роско шептал ей что-то на ухо, щеки девушки пылали румянцем. А я медленно доела куриную ножку, наблюдая за их тесными объятиями.

И как это понимать? У Роско сплетенный знак идеального союза, а он зажимается с другой. Решил погулять напоследок? Или в экипаже он не просто так уточнял — черенковая ли магичка Джинджер? Под мостом я ткнула его палочкой в шею — это он пропустить не мог.

Я вытерла пальцы салфеткой, прикидывая, что Роско вообще знает о таинственной незнакомке, помимо размера груди. По всему выходило — не так уж много. Если я вдруг сама не решу признаться, то он меня никогда не найдет. Он понятия не имеет, кто именно его судьба, вот пусть так и остается, потому что я с волей богов не согласна. Это похоже на глупую шутку!

От стеночки отлепился кудрявый дрыщ, которого рекомендовал Гус, и, подойдя ближе, скромно присел рядом.

— Альфред, — представился он. — Для вас просто Альфи. Полагаю, мы будем много и тесно общаться.

— Эрика, — ответила я, неодобрительно на него глянув. — Не танцую.

— Я не за этим, — потупился Альфи, сцепив в замок тонкие пальцы. — Вы ведь целитель, не правда ли? А у меня очень слабое пищеварение...

Я мысленно пролистала дела, которые читала в карете.

— А, точно, — вспомнила я. — Сол Гвиневред. Молодец, что пришел. Лучше предупредить проблему, чем решать ее последствия.

Еще один урок от моего папы. Вот и Роско сол Вран был ходячей проблемой, и добровольно подписываться я на это не стану. Листик под грудью завянет и вскоре исчезнет, а Роско утешится в объятиях какой-нибудь доступной красотки. Он уже...

— Я взял с собой кое-что, — вновь обратил на себя внимание Альфи. — Но, видимо, неплотно закрутил крышечку, и все разлилось.

— Пойдем, — кивнула я. — Накапаю тебе лекарств.

Уже покидая столовую, ставшую танцплощадкой, перехватила уважительный взгляд Гуса, который поднял большой палец вверх.

Я поборола искушение показать в ответ совсем другой палец. Роско же ворковал с Джинджер, которая повисла на нем соплей. Если он спутал меня с нею, то он еще больший дурак, чем я думала.

— Сюда, — сказала я Альфи, проходя в лекарню. — Жалобы есть?

— Будут, — вздохнул он. — Одного взгляда на здешнюю кухню достаточно. Уверен — я буду страдать.

— Что поделать, — философски произнесла я, отмеряя капли от поноса. — В жизни есть место страданиям. Но в наших руках сделать так, чтобы началась светлая полоса.

***

Роско осторожно задавал Джинджер вопросы и с каждым ответом уверялся все больше — не та. Джинджер пошла на бытовушку, потому что с других факультетов ее поперли, и не вспомнила, кто такая Малин.

— А как у тебя с зельеварением? — спросил Роско.

— О, все отлично — я могу сделать так, чтобы этот компот забродил, — заявила Джинджер. — Чтобы было веселее, положу руны на всю кастрюлю, — с энтузиазмом сообщила она и отошла к столу.

И походка вроде другая...

— Она? — спросил Гус.

— Да кто ее знает, — протянул Роско, глядя вслед рыжей. — Не похоже.

— Так проведи следственный эксперимент, — посоветовал друг. — Зажми в уголке и пощупай.

Роско задумался и, поморщившись, покачал головой.

— Не хочу, — сказал он. — Я почти уверен, что Джинджер не та. Это будет измена.

У Гуса чуть компот носом не пошел от изумления.

— С ума сошел? — возмутился друг, откашлявшись. — Ты даже не знаешь имени той девчонки и собираешься хранить ей верность?

Роско надел рубашку и застегнул пуговицы до шеи. Вот как объяснить то, что произошло с ним сплетенной ночью? Это было настоящее чудо, куда сильнее обычной магии. И все стало таким правильным и настоящим, будто все дороги вели под мост.

Роско повернул руку и потрогал листик на запястье. Хоть бы не исчез. Если он не найдет эту девушку, то будет жалеть до конца своих дней. Потому что она была идеальной: от нежного запаха до шикарной груди. И еще она смелая и дерзкая — придумала план и воплотила его в жизнь, в чем бы он ни заключался.

— Это ужасно, — сокрушался Гус. — Просто кошмар. Мой друг добровольно дал обет целомудрия. Даже звезда пошла развлекаться, а Роско отказывается приласкать девчонку, которая согласна на все.

— Эрика ушла? — переспросил Роско, глянув в угол, где она прежде сидела, но там было пусто. — С кем?

— С тощим солом, — сказал Гус. — Молодец, ловит момент. Надо будет потом спросить у кудрявого, что она прячет под своими уродливыми кофтами. Хотя вряд ли там что интересное. Вот какая девчонка добровольно напялит на себя бесформенный балахон? Ясен пень та, которой нечем похвастать!

Зато ей было тепло и удобно. А свой огромный рюкзак она донесла самостоятельно, бодро шагая по тропинке к посту и не ноя...

Роско расправил пальцы и сжал их в кулак. Раны зажили, как не бывало — свое дело Эрика знает. И в лекарне она разместилась толково, чего не скажешь о бытовичках, которые и не думали приступать к своим обязанностям: Джинджер колдовала над кастрюлей с компотом, а Габриэллу окружили таким тесным строем, что Гус даже не пытался через него пробиться.

— Так что определись уже точно, — продолжал бухтеть друг. — Если Джинджер твоя незнакомка, и ты ее вдруг упустишь, то потом локти себе изгрызешь.

— Ты прав, — сказал Роско. И когда Джинджер поднесла ему стакан, от которого разило кислятиной, спросил: — А где ты была на сплетенную ночь?

— Жаль, не с тобой, — игриво сказала она.

Вот и все. Не та.

— Но эта ночь ничуть не хуже, — Джинджер покачнулась на каблуках, будто случайно расплескав вишневый напиток, и охнула: — Роско, какая же я неловкая! Пойдем скорее, я знаю отличные руны, брюки будут как новые.

Роско глянул на штанину, по которой расплывалось мокрое пятно, и пальцы сами сложились в знак очищения.

— Все в порядке, — отказался он, испытывая странный стыд за такой явный подкат.

— Но мы все равно можем заглянуть в мою комнату, я выбрала самую большую кровать, — прошептала Джинджер ему на ухо и прикусила мочку.