заклинателя для этого использовалась нежить, поражённые тёмной магией создания, големы или существа из других планов. В любом случае ничего хорошего, – Лайла взглянула на ассасина. – Так я ответила на твой вопрос, почему магия Тьмы презиралась?

– Более чем, – Рэксволд отмахнулся от зависшей около лица мухи-журчалки. – Но я не поверю, что магия Света никогда не применялась во зло.

– Случались неприятные инциденты, – с сожалением признала принцесса. – Но они и близко не стояли с деяниями чернокнижников. Я могу рассказать намного больше. Всё это лишь малая часть грандиозной истории.

– И как ты умудряешься столько всего помнить? – удивлённо покачал головой следопыт.

– Меня готовили к роли королевы, – неторопливо ответила вампирша. – Невозможно удержать бразды правления, не разбираясь в политике и не зная истории. Но, признаюсь, книги, связанные с магией и существами, я изучала с особым удовольствием.

– И это прекрасно, – Рэксволд обернулся на уходящий вверх лесистый склон. – Я даже не заметил, как мы спустились с холма. Хорошая история всегда красит долгую дорогу. Оставь парочку на будущее. Скоротать время до следующих разбойников, – он опустил взор на поблёскивающие навершия кинжалов. – Будет хоть повод размяться.

– Типун тебе на язык, – шепнул в сторону Алан.

– Тогда настал ваш черёд, – Лайла обвела спутников выразительным взглядом. – Расскажите мне больше о современном мире.

– Чем и как сейчас живёт люд, в общих чертах ты уже знаешь. Про законы и порядки мы тебе уже рассказывали, – Джон развёл руками. – После твоих диковинных сказаний даже не знаю о чём таком тебе поведать, чтобы ты не заскучала.

– Ваша обыденность хранит достаточно тайн для девушки, чьи познания давно устарели, – на лице вампирши засияла обворожительная улыбка. – Я хотела бы побольше узнать о ваших военных чудо-устройствах. Но можешь начать с отличия лука от арбалета… Мне это тоже интересно.

– Ты допустила страшную ошибку, – загадочно произнёс Джон, и его глаза заблестели. – Попросила военного следопыта рассказать об искусстве войны. Готовься к долгой и познавательной истории. И дай мне знать, если твои уши завянут раньше времени.

Лайла звонко рассмеялась:

– Я готова к этой жуткой пытке. И не скупись на подробности.

Джон хмыкнул и хитро улыбнулся:

– Что ж, ты сама напросилась…

* * *

– Ну, сколько можно возиться? – в тёмный сарай протиснулся сухощавый крестьянин. – И чего ворота не распахнул? – проворчал он, покосившись на вход и почесав трёхдневную щетину. – Ау! Ты тут спишь, что ли?

Ответа не последовало.

– Оли? – в голосе мужчины прозвучала тревога.

Мрачную тишину нарушало лишь поскрипывание полуотвалившейся доски крыши. В падавших на усыпанный соломой пол столпах света витали одиночные частички почти осевшей пыли. Присмотревшись, крестьянин различил лежавшего около мешков парнишку. С силой толкнув ногой воротину, чтобы внутри стало светлее, он тотчас же бросился к нему.

– Оли, что стряслось?! – мужчина приложил ухо к груди мальчугана. – Живой…

Он похлопал мозолистой ладонью по щеке юнца. Парнишка медленно открыл глаза и, видимо, желая что-то сообщить, тут же закашлялся.

– Что? Что ты хочешь сказать? – с волнением бормотал крестьянин.

Паренёк привстал и, потирая красный след на шее, растерянно взглянул на пустой угол, где несколько минут назад стояла лошадь.

* * *

Полдень подкрался незаметно. Лесные птицы звонко щебетали, радуясь очередному тёплому деньку уходящего лета. Солистом крылатого оркестра, вне всякого сомнения, являлся жаворонок, выделявшийся из общего гама роскошными витиеватыми трелями. Странники вышли на пестрящую васильками и колокольчиками поляну, когда следопыт закончил долгий рассказ о новшествах военного ремесла.

– Надо же… Я и подумать не могла, что бочки с камнями когда-нибудь сменятся котлами с кипящей смолой, а длинные лестницы осадными башнями, – услышанное произвело на Лайлу неподдельное впечатление.

Джон лишь пожал плечами:

– Насколько мне известно, подобное практикуется уже не меньше столетия.

– И откуда ты столько знаешь об осадах? – Рэксволд усмехнулся. – Я всегда думал, что следопыты – скрытные лесные бойцы, а не сражающиеся в самом пекле воины.

– Ну, по сути, так и есть, – мечник посмотрел на свою татуировку, затем поднял взор на ассасина. – Но до того, как стать следопытом, я успел поучаствовать в нескольких осадах, отбивая стратегически важные крепости у мятежников.

– От чего же променял поле боя на глухие леса? – убийца встретился взглядом с Джоном.

– К середине гражданской войны восставшие, чувствуя своё неминуемое поражение, резко сменили тактику: укрылись в глубинах Угрюмых Болот. Отчаянный шаг. Но это позволило им совершать безнаказанные и неожиданные манёвры. Желающих отправиться на поиски врага, затерявшегося среди диких зверей и опасных топей, было немного. Я с группой смельчаков присоединился к разведчикам и провёл немало времени в нелюдимых чащах. Позже и вовсе вступил в ряды военных следопытов. Полюбились мне как-то леса.

Рэксволд хмыкнул, ничего не ответив.

– Мне не довелось видеть природу других королевств, но зелёными пейзажами Эльтарона я готова любоваться вечно, – согласилась с Джоном принцесса. – Даже здесь. Просто оглядитесь, – ладонь девушки описала дугу, указывая на окружавшее их сине-сиреневое великолепие цветов.

Краем глаза вампирша заметила еле плетущегося сзади юнца. Тяжёлая котомка тянула худощавые плечи парнишки к земле. Сгорбившись, словно старик, он медленно брёл за остальными, обречённо смотря себе под ноги. Лайла остановилась:

– А может, устроим привал? Я не прочь перевести дух и немного перекусить. Особенно в таком прекрасном месте.

– Поддерживаю, – устало проговорил Алан, подняв голову.

– Хм, – следопыт, нёсший на себе сразу две сумки, смахнул со лба пот и взглянул на солнце. – Надо бы. По такой духоте мясо скоро стухнет. Не вяленое как-никак, – он снял с себя сокровища, поставив на них запасы провианта. – Потому наедайтесь сейчас. Пока есть чем.

– Слабаки, – буркнул Рэксволд, сбрасывая с себя поклажу.

Странники расселись на небольших выступавших из густой травы камнях. Съев пару кусочков кабанятины, принцесса вновь углубилась в изучение гримуара, попутно совершая загадочные жесты рукой и что-то нашёптывая.

– Что это ты делаешь? – поинтересовался Джон, налегая на третий кусок мяса.

– Пытаюсь понять последовательность знаков.

Девушка перебирала различные комбинации движений и непонятных слов. В какой-то момент, подобно мареву над огнём, воздух вокруг её пальцев задрожал. Рука принцессы затряслась и опустилась вниз. Вместе с этим пропал и загадочный эффект.

– Как странно, – растерянно произнесла Лайла. – Я не могу удержать руку. Словно с каждой секундой она становится всё тяжелее и тяжелее, – она вновь заглянула в книгу. – Если я правильно перевела примечания, то это вызвано отсутствием концентрации.

Вампирша отложила гримуар и закрыла глаза,