попытке самоубийства. Эрминия была уверена, что рано или поздно смогла бы разорвать оковы дурмана и лишить себя жизни прежде, чем он успел бы превратить её в немощную жалкую ветошь. Но как бы там ни было, сейчас легко сдаваться в костлявые лапы смерти она не планировала. Хотя бы потому, что дала слово Рэксволду.

Странный звук, напоминающий хлопанье крыльев, отвлёк девушку от тоскливых мыслей, и она подняла глаза вверх. На высоте метров шести, на покачивавшейся корявой ветке что-то шевелилось. Свет от костра туда практически не долетал, и Эрминии потребовалось несколько секунд, прежде чем она сумела разглядеть в темноте огромного чёрного ворона. Будучи предупреждённой о предпочтениях колдуна, северянка в мгновение ока встряхнула ассасина рукой и вскочила, выдернув клинок из земли:

– Проснитесь!

Убийца тут же оказался на ногах. Ещё ничего не понимая спросонья, он выхватил кинжалы и стал судорожно озираться по сторонам. Едва остальные успели встать, как на другом дереве возник ещё один ворон.

– Похоже, у нас будут гости, – Джон покосился на Эрминию и Рэксволда. – Уберите оружие. Дайте мне шанс уладить всё мирным путём.

Ассасин смерил следопыта пронизывающим взором:

– Можешь попытаться. Но имей ввиду, слушать вашу болтовню всю ночь напролёт я не намерен.

Рэксволд с лязгнувшим стуком вогнал клинки в ножны. Последовав его примеру, Эрминия опустила меч, уперев его остриём в землю. Лайла наложила на свои ладони две колдовские руны. Переговоры с приспешником Тьмы несли непредсказуемый характер, и магическая поддержка могла оказаться весьма кстати. Алан, широко распахнув глаза, с ужасом слушал, как темнота вокруг наполняется зловещим кроканьем и пугающим клёкотом. Судя по возникавшим тут и там крикам, воронов было не меньше трёх десятков. Чёрные птицы сливались с ночной дубравой, и, чтобы осветить пространство, Джон бросил в костёр остатки хвороста. Вместе с подросшим пламенем в темноте заблестело множество маленьких точек – отражений огня в птичьих глазах. Принцесса встала рядом со следопытом, и он, чувствуя её волнение, тихо прошептал:

– Всё будет хорошо.

Не меньше минуты какофония воронов заставляла отважных героев выжидающе поглядывать по сторонам, пока птицы вдруг резко не смолкли. В дюжине шагов от костра заклубился чёрный туман, преобразовываясь в траурное облако, диаметром около двух метров. Странники, не сводя с него глаз, немного отступили назад.

– Ну, Лайла де’Рон, и как тебе нравится скитаться в одиночестве? – раздался самодовольный голос из мрака. Клубящаяся завеса рассеялась, явив героям стоявшего, скрестив руки, некроманта.

Увидев перед собой группу людей, он изменился в лице, задумчиво подперев подбородок большим и указательным пальцами:

– А вот это действительно интересно…

Принцесса обратила внимание на плечи и волосы колдуна, покрытые мелкой снежной крупой. В Эльтароне сейчас шёл последний месяц лета, и отыскать снег в лесном королевстве было просто негде. Всё свидетельствовало о том, что некромант телепортировался к ним с другого континента. Лайле, единственной понимавшей всю степень его могущества, стало немного не по себе. Джон взглянул на пребывающих в полной боевой готовности Рэксволда и Эрминию, смурную вампиршу, напуганного юнца, усмехнулся и шагнул вперёд:

– А ты зачастил. Если планируешь навещать нас каждую ночь, то назови хотя бы своё имя.

– Зачем? По тебе и так видно, что ничего нового ты мне не поведаешь, а вступать с тобой в словесную конфронтацию у меня нет абсолютно никакого желания, – колдун высокомерно смахнул снег с мантии и провёл ладонями по волосам. – Не сотрясай понапрасну воздух. Я явился не по твою душу. Можешь быть свободен.

– Вот и поговорили, – тихо сказал ассасин, постукивая пальцами по рукоятям кинжалов.

Неожиданно для самой себя, напустив величественную серьёзность, Лайла вышла вперёд и встала возле следопыта:

– Если ты пришёл ко мне, будь добр для начала представиться. Я больше не собираюсь вести беседы с безымянным чернокнижником.

– Принцесса, – довольно протянул некромант. – Будь по-твоему… Если мне не изменяет память, то тысячу сто тринадцать лет назад меня нарекли Леонардо, – он ухмыльнулся, увидев на её лице нотки растерянности при упоминании своего возраста.

– И что тебе нужно, Леонардо? – вымолвила вампирша, вновь собравшись духом. – Мой ответ остаётся неизменным: я не собираюсь с тобой никуда идти.

– Смелое заявление, – колдун сощурил жёлтые, как осенняя луна, глаза. – Но мне есть чем тебя обрадовать. Кое-что изменилось, и ты мне больше не нужна. Почти. Я лишь возьму немного твоей крови, – он поднял руку, и в ней материализовалась чаша из чернёного серебра. – После этого можешь идти на все четыре стороны. Я больше не побеспокою тебя.

Джон нахмурился, явно желая высказаться, но Лайла останавливающе приподняла ладонь.

– Ты правда думаешь, что я соглашусь на это? Одним богам известно, что за злодеяния ты хочешь сотворить.

– Пепел павших… Ты испытываешь моё терпение. Даже великодушие имеет разумный предел. У меня нет желания посвящать тебя в свои планы. Скажу одно: без твоей крови я никуда не уйду, – волчий взгляд некроманта стал суровым, как грондэнаркский мороз.

– Послушай, мой тебе совет, – Джон грозно расправил плечи. – Шёл бы ты отсюда подобру-поздорову. Пока цел.

Леонардо перевёл взор на следопыта, а затем на остальных присутствовавших:

– Кажется, вы не совсем понимаете, кто я такой. И не оставляете мне выбора…

Он скрылся в облаке чёрного тумана и появился на десять метров дальше, куда слабо долетал свет костра. Чернокнижник стоял не шевелясь, и вампирше даже показалось, что его жёлтые глаза светятся в темноте, хотя, возможно, это просто отражение огня.

– Последний шанс, Лайла де’Рон, – донёсся до её ушей шёпот Леонардо.

Воцарилась гробовая тишина. Прежде, чем принцесса нарушила молчание, ей на плечо легла чья-то ладонь. Осторожно раздвинув Лайлу и Джона, между ними, грациозно покачивая бёдрами, прошла Эрминия. В последний момент она ловким движением вытащила меч из ножен следопыта. Вооружившись двумя клинками, северянка проследовала вперёд, остановившись под развесистой дубовой ветвью между странниками и некромантом. Не отводя взгляда от Леонардо, воительница молча вонзила один из мечей в листву над головой. Сверху что-то крякнуло, и мимо одиноко пролетело чёрное перо. По долу клинка побежала тонкая тёмно-багровая струйка. Эрминия опустила меч, на конце которого беспомощно трепыхался ворон. Птица пыталась кричать, но из её клюва вырывались лишь кряхтяще-булькающие звуки. Воительница резко встряхнула клинок. Ворон слетел с острия, глухо ударился о землю и замер, неестественно вывернув крылья. Мерцавшие отсветы пламени выхватили зловеще искривлённые губы некроманта. Смотря ему прямо в глаза, Эрминия дерзко улыбнулась и скрестила мечи на уровне лица.

– Вы сделали свой выбор, – мрачно произнёс Леонардо и растворился в тумане.

Остатки чёрного облака разрезали описавшие пирует кинжалы. Пока