— Я не курю… Но неужели вы думаете, что повторные анализы я сделаю в этой же больнице? — победно улыбнулся он, считая, что нашёл, в чём подвох.

— Пф-ф… Да хоть в Швейцарии, — отмахнулся я от него, потому что следующий уже созрел.

— Меня тоже посмотрите?

— А-а, давайте, — мне хватило половины минуты на экспресс — обследование.

— Основная проблема понятна. В коридоре поговорим. Не при всех, — кивнул я ему, — Но решение есть.

— Согласен.

Ещё бы он не был согласен, если у мужика попросту стояк, как медицинский факт, отсутствует напрочь. КВ ему в помощь и всё взлетит! Пусть и на одну ночь.

— Тогда уж и мне что-нибудь скажите, — протянул свою руку третий, пользуясь тем, что его коллеги пока переваривают то, что я им сказал.

— Гдеж вы все так почки-то садите, — укоризненно покачал я головой, отпуская его руку, — Кстати, у вас там уже камни появились. Пока не крупные. А вот с воспалением суставов на ногах лучше не затягивать.

— И что, даже лечение не предложите? Или не потянете? — попробовал он взять меня «на слабо».

— Такое вам и здесь вылечат, а уж в «кремлёвке» и подавно, — отмахнулся я от халявщика, — Так что, не мой случай. К тому же, с вами быстро не выйдет. Нет, с камнями можно и поторопиться, но ощущения будут незабываемые. Словно ежа через член рожаете, причём, против шерсти. Поэтому с вашими болячками лучше к традиционной медицине прибегнуть. Рекомендую, — вернулся я на своё место в уголке, и снова принялся за журнал, как ни в чём не бывало.

— Простите, а не могли бы мы с главврачом без вас поговорить? — решил-таки доминировать толстяк.

— Сергей Иосифович, раз я больше не нужен, то я к себе в тайгу возвращаюсь, — поднялся я с места, — Был рад знакомству, — кивнул я проверяющим.

— Нет! — произнесли двое слаженным дуэтом.

— В смысле — нет? Не понял.

— Просто выйдите за двери и подождите нас там, — известил меня толстый.

— Не работает, — помотал я головой, — Я не по вашему ведомству. Так что приказной тон оставьте для слабонервных. Ариведерчи!

— Александр Сергеевич, я прошу вас подождать меня в коридоре! — буквально в воздухе переобулся толстый.

— Пять минут подожду, — покладисто согласился я, — А потом извините, своих дел хватает.

Выскочили они в коридор уже через три минуты, а шедший за ними Мамин мне подмигнул, улыбаясь.

— Мы готовы, — заявил мне толстый.

— Сергей Иосифович, сколько времени уйдёт на сбор анализов?

— Думаю час, от силы полтора. Я сам товарища по всем кабинетам проведу.

— Тогда, до встречи через полтора часа, — кивнул я, и развернулся ко второму, — А с вами мы давайте к окну отойдём, — и он согласился, — Вашу проблему с половой дисфункцией я пока могу решить лишь разово. Часа на три — четыре превратив вас в полового гиганта. Есть невысокий шанс, что после нескольких приёмов у вас и у самого что-то замаячит, но это чисто лотерея, без обещаний.

— А что-то такое, чтобы всё вернулось? — с надеждой посмотрел он на меня.

— Чисто теоретически, возможно, пусть и не как в молодости, а на уровне сверстников. Но там травы очень редкие и процесс сложный. Так что из-за трёх — четырёх заказов в год я даже пальцем не шевельну. Смысла нет. Там каждое снадобье обойдётся в цену автомобиля. Зато года на три обеспечит вполне нормальный функционал.

— Отчего так дорого?

— Хотите попробовать удачно вырастить несколько редчайших растений, а потом успешно сварить из их невнятного состава снадобье? Ну-ну, успехов вам. Даже представить себе не готов, сколько стараний и трав придётся в экспериментах погубить, прежде чем первый положительный результат будет достигнут. Просто переведите эти эксперименты на расценки любого, даже провинциального НИИ, и вы всё поймёте.

— Хм… А если я вам десять заказчиков пообещаю?

— Тогда стоимость автомобиля уменьшится в десять раз. Но! Покупать эти десять порций и потом их продавать станете вы. Вы готовы к оптовой закупке?

— А вдруг я их дороже продам?

— Я бы так и сделал на вашем месте, — хохотнул я в ответ, чем погрузил его в глубокую задумчивость, — Но сначала опробуйте мой подарок. Только перед пробами рекомендую посетить аптеку и приобрести не меньше пяти весьма известных изделий номер два*. Ну, если вы вдруг решитесь на услуги гостиничных нимф. Снадобье надо принимать минут за пятнадцать — двадцать до того, как… Собственно, на этом всё. Удачи!

* Долгое время ходила красивая легенда. Мол, поскольку завод РТИ работал на оборону, всё, что выходило с конвейера, имело свой код. «Изделием №1» — был противогаз, «изделие №3» — костюм химзащиты. Логично, что резиновое изделие оказалось «номером два» — между ними.

Звучит правдоподобно, но, как часто бывает, миф оказался выдумкой. На деле всё было куда проще. На первых упаковках советских изделий действительно стояли цифры — 1, 2 или 3.

Но обозначали они вовсе не шпионские коды, а размер изделия. «Номер два» был самым популярным, стандартным, подходившим большинству мужчин. И постепенно именно эта маркировка стала нарицательной. Люди привыкли: «номер два» — значит тот презерватив, что надо.

Может члены комиссии и были подобраны так, чтобы доставить Мамину неприятности, вот только ничего не вышло.

Толстяк уже на следующий день честно сказал, что он уже почувствовал улучшение. Второй пребывал в эйфории, и когда нас никто не видел, втихаря показал мне шесть пальцев, а третьего Мамин сейчас лично оперирует, пообещав ему, что все послеоперационные швы с его мазью почти исчезнут через три — четыре дня.

Так что выездная столичная комиссия оказалось вовсе не настолько заказной, как это себе представляли те, кто их послал.

— Сергей Иосифович, а ведь это под вас копали, — донёс я свои домыслы до главврача, когда он вернулся из операционной.

— Ты знаешь, меня это отчего-то теперь не пугает, — ухмыльнулся Мамин, — Раньше, да. Переживал бы, и сильно. Возможно, вплоть до инфаркта. А вот нынче — нет.

— Надо же. И отчего так?

— А нам с супругой твой образ жизни понравился. И пусть пребывание в лесу мы с ней одни не вытянем, зато стать травником где-то в селе — вполне. Я даже присмотрел уже пару мест, где дома продаются приличные. Кстати, недорого. А с учётом того, что там зачастую всего лишь фельдшерский пункт имеется, то я точно не пропаду, — заявил новоявленный родственник, с довольной рожей лица.

— А у меня отчего не живётся? — спросил я ревниво.

Так-то, всё же сделал в их доме, кроме печного отопления. Но и с ним какие проблемы? Дрова наколоты и почти у дверей. Выйди, возьми сколько надо и затопи печь. Даже в самые лютые морозы двух раз в сутки достаточно. Да и ни к чему им в самые лютые морозы в лесу жить. Пусть зимовать в город уезжают.

— Матушка ваша считает, что мы вас стесняем, — пожал Мамин плечами.

— Глупость какая, — удивился я, — Но у нас с вами есть убойный аргумент, который её в момент заставит изменить своё мнение.

— Интересно, какой же? — улыбнулся главврач, находящийся в приподнятом настроении

— Внуки, — ответил я просто и понятно.

— Да уж. Это не аргумент, а аргументище! — хохотнул Сергей Иосифович, — И как скоро?

— Думаю, с Кубы и привезём. Мы с женой туда в январе поедем. Отдохнём. Фрукты, солнце, море. Так что к сентябрю маман пусть готовится. Я как раз трёшку в МЖК получу, и надеюсь, ремонт успеют сделать.

— Кстати, спасибо вам, — вдруг вспомнил Мамин, — Мне раз пятьдесят уже сказали, что я лет на десять помолодел. Да и сам себя чувствую замечательно. Операцию провёл легко, как в лучшие годы.

— Камни нашли?

— Конечно. И один из этих, — кивнул Мамин на дверь, — Даже кювету проверил. Представляю их шок, когда я дня через три — четыре их коллегу выпишу, и почти без шрама.

Матёрый хирург прямо сочился удовлетворением и гордостью за мастерски проведённую операцию. А скоро и его мазь для послеоперационных швов себя покажет.