— Совсем плохо?

Я порадовалась полученным крохам информации. «Значит, я теперь Александра Половцева. Последняя в Роду. Несовершеннолетняя. Бедна как церковная мышь».

Тетка внимательно всмотрелась в меня.

— Как ты себя чувствуешь? Мы вчера говорили о том, что ты даже в монастырь уйти не можешь, потому что за дворянку требуется взнос, на который у нас нет денег. Я тебе поклялась вчера в этом.

— Я нормально себя чувствую, но почему-то не все помню.

На самом деле, что-то брезжило в голове по всем темам, которые тетка поднимала, но как-то не оформлено, фантомно: я ни одной мысли о прежней хозяйке этого тела не могла нормально сформулировать. Возможно, так сказывалось похмелье, а, возможно, с прежней хозяйкой тела пропала и ее память.

— Саша, еще раз говорю, у нас единственная возможность поправить дела — это выдать тебя замуж.

— Как замуж, если я несовершеннолетняя?

Тетка страдальчески закатила глаза.

— Сашка, ты совсем плоха. Дела Рода можно вести только с двадцати лет.

— А мне сколько? — плюнув на конспирацию, тупо спросила я.

— Тебе восемнадцать. Прости, на нормального целителя денег не хватило. Саш, я не стала у графа Потемкина деньги на свадебное платье просить. Знала бы, что с тобой такое случится, не стала бы гонор показывать. А теперь до свадьбы впроголодь, но платье сами пошьем.

Я встрепенулась. Фамилия жениха мне была знакома. Как интересно! Я еще внимательней стала слушать тетку.

— Его Сиятельство обещал закрыть подземелье с камнем Рода и Источником. Твой второй сын, став совершеннолетним, возродит Род. И вообще, Саш, это невероятная удача. Я удивляюсь, с чего вдруг Потемкину вздумалось на тебе жениться. То, что клочок наших земель граничит с его землями — не повод жениться. Земли Вертинских тоже граничат с его землями, и у них три дочери на выданье. Три! Старшая уже почти перестарок. И все три красотки не хуже тебя. И приданное у каждой есть, и угодий у них в разы больше, чем у нас…

Тетка, захлебываясь, рассказывала о Вертинских, потом о Боровиковых, у которых тоже пограничные земли и дочь. Я ее перебила:

— А если у меня не будет второго сына?

— Значит, его второй сын.

— А просто не выходить замуж нельзя?

Тетка опять попыталась что-то высмотреть во мне, но потом махнула рукой, решив, что лучше принимать как факт мою амнезию.

— Нельзя. Его Сиятельство уже выплатил деньги за земли, которые он присоединит к своим, выплату уже положили в банк на счет поместья, пока не определится судьба наследника, заплатил за содержание дома, и определил мое содержание.

— И много вам заплатили? Почем нынче племянницы?

Как ни странно, тетка не возмутилась. Вздохнула обреченно и посмотрела на меня укоризненно.

— Я думала, что граф позволит жить рядом с тобой, но он не захотел моего присутствия. Я думала, что тебе будет не так одиноко в новом доме. У нас с тобой было полное взаимопонимание, пока не назрел этот вопрос со свадьбой.

— Так сколько он вам заплатил?

Тетка снова вздохнула:

— Хочешь меня задеть? Ладно. Он назначил мне ежемесячное содержание, выгодной невестой я не стану. Если не роскошествовать, я смогу снимать квартиру в городе, раз в год частично обновлять гардероб, держать кухарку, горничную и мужика. Это все, на что я могу рассчитывать. Выезд я не просила: его держать будет негде. Вот. Как-то так.

Ничесе! В реалиях моего мира это было более чем щедро. В то же время понятно, что здесь эта женщина лишалась привычного образа жизни. По моему впечатлению, тетка злодейкой не была, и, вполне возможно, у них были даже хорошие отношения с моей предшественницей, пока от этих свадебных хлопот у девчонки крыша не поехала. Учитывая, что прежняя хозяйка тела сотворила, тетка общалась со мной нормально, не троллила, не давила, не унижала, но, фиг знает, может, она притворяется, используя мое беспамятство.

— А сколько ему лет? — все же рискнула я спросить, все равно уже ясно, что с памятью у меня проблемы.

— Точно не знаю. Много, но выглядит он хорошо. Все же сильный маг.

— Хорошо выглядит с вашей точки зрения или с моей?

— Ты его видела. Или это тоже не помнишь? Саша, что с тобой делать?

— Ничего. Я согласна. Больше хлопот вам не доставлю, — я решила успокоить женщину, чтобы она не акцентировалась на моей амнезии.

На самом деле, мне ли бояться стариков. Я вспомнила все, что было до того, как я вынырнула из этой чертовой ванны.

Глава 2. Прелюдия. Вспомнить все

Глава 2. Прелюдия. Вспомнить все

Меня воспитывала бабушка, потому что мама умерла в родах. Отца я никогда не знала, а бабуля всегда обходила вопрос по поводу него стороной. Когда я родилась, бабушке не было и сорока лет. Вполне себе молодая энергичная женщина. Она очень много работала. Я росла сначала с нянькой, потом с нянькой ходила в детский сад, потом уже без няньки в школу, потом в универ. А бабуля все работала и работала, чтобы у меня все было как у детей в нормальных семьях.

Воспитывать она меня тоже успевала. Няньку нашла с высшим педагогическим образованием. Так что уже в четыре года я умела читать, а в пять писать и прилично рисовать. Нянька Таша (Наташа) водила меня в бассейн, в студию танца, на занятия детского хора и в художественную студию до самого универа.

Бабуля вывозила нас летом на дачу и проводила месяц отпуска вместе со мной, в это время няня неделю-две отдыхала от меня. Мы с бабушкой ходили на рыбалку, собирали лекарственные травы, кормили белок в лесу. Примерно раз в два года, нянька тоже уходила в отпуск на месяц, и бабушка вывозила меня к теплому морю.

В общем, у меня было нормальное счастливое детство. Лет в четырнадцать, когда пришли первые месячные, бабушка выложила передо мной литературу по половому созреванию, показала на картинках и объяснила на пальцах все, что касается полового акта.

Соединив четыре пальца левой руки с большим пальцем в условную полость, она покрутила этой конструкцией перед моим носом: «Представь, что это твоя вагина, а это — она поджала все пальцы правой руки, кроме указательного — половой орган мужчины. Происходит половой акт так», — бабуля соединила обе конструкции, изобразив возвратно-поступательные движения пальца правой руки в полости левой.

— Сашка, трагедия не в потере девственности, и даже не в осуждении обществом беременности в твоем возрасте.

Увидев удивление на моем лице, бабуля хлопнула себя по лбу:

— Блин, я пропустила важный этап.

Она снова изобразила возвратно-поступательные движения:

— В результате полового акта у мужчины происходит семяизвержение. Вот тут на картинке, смотри. Это сперматозоиды. И если женский организм находится в стадии овуляции, то происходит оплодотворение яйцеклетки. Вот картинка. Наступает беременность.

— А что тогда является трагедией?

— Трагедией, Сашуль, является неготовность к этому. Относительная физиологическая зрелость у девочек наступает примерно в возрасте десяти-пятнадцати лет. Зрелость половая вроде есть, но в этом возрасте ни физиологически, ни психологически организм (обобщим девочку до организма) не готов к этому испытанию. Это очень тяжело и неправильно. Так что, Сашхен, думай головой! Чувства приходят и уходят, а жизнь норовит поставить нас каком кверху.

А еще у бабушки была любимая поговорка: «Держись, атаман!», в разных вариациях. Главным словом было «держись». В тот раз она не стала добавлять, но по ее глазам, это легко читалось.

Я не стала говорить бабушке, что всю (ВСЮ) медицинскую литературу, что есть в доме прочла еще во втором классе. Я не скрывала, но и к слову не пришлось. Урок без смущения восприняла полностью. Бабулины объяснения пришлись кстати, потому что, конечно, тогда, во втором классе, я очень многого не поняла, но врачом я становиться не собиралась, так что достаточно было и полового воспитания.

Правда из-за своей психологической незрелости, что упоминалась бабушкой, я половой акт соотнесла исключительно с воспроизводством потомства. А наказ пользоваться презервативами пропустила мимо ушей, потому что пока было не до потомства. Нужно было окончить школу, между делом написать гениальную картину, выиграть танцевальный конкурс, поступить в институт и еще много всякого пока только в планах.