Её губы плотно сжались. От матери Анна унаследовала пышные каштановые волосы, светлую кожу цвета слоновой кости, теплоту и великодушие. Но, как хорошо знала вся её семья, у Анны был пылкий и крутой нрав, как у всех шотландцев, как и у её отца, упокой господь его душу.

Как же ей хотелось познакомить этого человека с жалящим ударом её ладони, а если уж на то пошло, то и кулака. Но такое поведение едва ли было позволительно для леди, и Анна пощадила этого джентльмена. Она проявила огромное великодушие, потому что его язвительный тон не заслуживал такой сдержанности. И уж точно не делал его джентльменом.

Она прищурилась.

– А теперь послушайте, – начала она.

– Нет, мадам, это вы послушайте! Мальчик мог погибнуть, потому что вы, его мать, не смотрели за ним, как подобает настоящему родителю. Вы совершенно не годитесь на роль матери!

«А он, – подумала Анна, – совершенно невыносим! Осёл! Жестокий тиран!» Его сжатые губы и суровое лицо не оставляли в том никаких сомнений. Ей-богу, если он ещё раз её оскорбит, она его ударит. Уже следовало его ударить. А Джек (малыш оказался самым настоящим предателем) забавлялся с блестящими золотыми пуговицами на жилете мужчины. Джек обычно был привередлив в общении с незнакомцами, но этот, казалось, ему понравился, отчего она ещё больше распалилась.

– Я не его мать, – сквозь зубы процедила Анна.

Мужчина фыркнул.

– Значит, его няня. Ей-богу, вас следует уволить.

Анна резко втянула носом воздух. Как он смеет так с ней разговаривать!

– Мой мальчик! Пожалуйста, отдайте его мне! Прошу вас!

Подбежала запыхавшаяся Каро и сунула Иззи в руки Анны.

– Дорогой, с тобой всё в порядке?! – С этим восклицанием она вырвала Джека из рук мужчины.

– С ним всё хорошо, Каро, – торопливо проговорила Анна. – Ни единой царапины благодаря... джентльмену. – Она буквально выдавила из себя последнее слово.

Каро прижала мальчика к себе.

– Джон Эллис Сайкс, ты до смерти напугал маму. – Она уткнулась в шею Джека, зажмурив мокрые от слёз глаза.

Мужчина перевёл взгляд на Каро. Суровое выражение его лица несколько смягчилось. Неудивительно. Хрупкая Каро с ямочками на щеках всегда так действовала на мужчин. Но Анна всё ещё пребывала в ярости от гневной тирады этого человека. Судя по одежде и манере держаться, он явно был джентльменом, но Анна не назвала бы его таковым. А когда он наклонился, чтобы поднять с земли свою шляпу, демонстрируя довольно хорошо сложенный зад, её охватило по-настоящему ребяческое чувство. Да она бы всё отдала за то, чтобы хорошенько пнуть его в этот самый...

Шмыгнув носом, Каро подняла голову и, взглянув на грубияна, выдавила натянутую улыбку.

– Сэр, я у вас в долгу. – Она протянула руку. – Я миссис Кэролайн Сайкс. А вы?

– Саймон Блэквел. – Он ответил кратким рукопожатием, слегка сжав лишь кончики затянутых в перчатку пальцев Каро. – Очень приятно, мадам.

Каро рассмеялась.

– Вижу, вы уже познакомились с моей кузиной, леди Аннабель Макбрайд.

Анна не подала ему руку. Похоже, спаситель Джека, этого не ожидал. Он склонил голову, и хорошие манеры, привитые её благовоспитанной матерью-англичанкой, сделали своё дело. Анна через силу протянула руку.

И в тот же самый миг, судорожно сглотнув, она поразилась сразу нескольким фактам. Прежде всего, его росту. Он был высоким, выше, чем она думала, и ничуть не ниже её братьев. Но, несмотря на размеры, двигался он с поразительной быстротой. Его волосы цвета ночи оказались такими же густыми и чёрными, как и брови. Поля его шляпы отбрасывали тень на квадратные, угловатые черты лица. А когда он слегка повернул голову, Анна увидела его глаза и с удивлением обнаружила, что они светло-серые, немного темнее хрусталя. Её охватила тревога, которую Анна не могла толком объяснить, но её состояние точно никак не было связано с его выговором.

Внезапно ей захотелось уйти. Немедленно. Ей не нравился Саймон Блэквел. Анна не желала упражняться в любезностях. Чем скорее они с Каро уйдут, тем лучше.

Оказалось, что Каро придерживалась иного мнения.

– Я хотела бы воспользоваться возможностью как следует вас поблагодарить, сэр. Безусловно, –проговорила Каро с той самой ослепительной улыбкой, которая, по словам её мужа Джона, когда-то сразила его наповал, – я почту за честь, если вы придёте к нам на ужин. Тётя Вив же не станет возражать. Так ведь, Анна? Я обожаю тётю Вивиан, но это никак не связано с тем фактом, что она всегда называла меня своей любимой племянницей. Отец не раз говорил, что тётя Вив привнесла в семью немного английской благопристойности и элегантности. Видите ли, наши отцы были братьями, рослыми, мускулистыми шотландцами. Думаю, что и Алек, несомненно, присоединится к нам за ужином. Анна и Алек – мои кузены, как вы, наверное, уже догадались, а также их брат Эйдан, который находится со своим полком в Индии. Теперь, когда их отец скончался, Алек стал главой семьи, но он живёт в другом месте. А тётя Вив великодушно позволила мне и моему мужу Джону пожить у неё, пока в нашем городском доме проводят ремонт.

Анна понятия не имела, как ей удалось удержать свою челюсть, чтобы та не отвисла, но точно знала, что охотно придушила бы Каро. Разумеется, её мать не стала бы возражать против гостей. Но с какой стати Каро поведала этому незнакомцу изрядную часть семейной истории?

Видимо, на лице Анны отразились все её мысли, потому что Каро внезапно осеклась.

– Анна? Ты хочешь что-то добавить?

Подавив стон, Анна небрежно заметила:

– Каро, ты не позволяешь джентльмену ни принять, ни отклонить твоё предложение. Ведь ты не даёшь ему и слова вставить.

– Простите меня, – звонко рассмеялась Каро. – Я забегаю вперёд. Я всё ещё немного взволнована. Анна, нужно было меня остановить. – И снова она не дала другим возможности вступить в разговор. Каро обратилась к Саймону Блэквелу: – Вы придёте к нам сегодня вечером, сэр?

Саймон Блэквел покачал головой.

– Весьма великодушно с вашей стороны, но, уверяю вас, это совершенно необязательно. Я не хочу портить вам вечер.

«Значит, он не совсем лишён манер», – неохотно признала Анна, переместив Иззи на другое бедро. Но его вежливый отказ остался без внимания Каро.

– Ещё как обязательно! – воскликнула она. – Я никогда не прощу себя, если мы с Джоном не выразим нашу благодарность. Если бы что-нибудь случилось с моим ангелочком, то... не знаю как бы я это пережила! – Она крепко обняла Джека, с трудом сдерживая слёзы.

Похоже, Саймон Блэквел был к ним невосприимчив.

– Я бы не хотел навязываться, – медленно проговорил он.

– Что вы! – возразила Каро. С сияющей улыбкой она назвала адрес рядом с Гросвенор-сквер. – Обычно мы садимся за стол в восемь. Ужин проходит в неформальной обстановке в кругу семьи. А если вы не явитесь, то мы пошлём за вами гонцов. Ведь мы уже знаем ваше имя. А теперь, сэр, прощаюсь с вами до вечера. Пойдём, Анна?

Анна, которая редко теряла дар речи, уставилась на свою кузину, когда они отошли от Саймона Блэквела на приличное расстояние.

– Каро, – возмутилась она, как только они оказались вне пределов слышимости, – что ты натворила?

– Я просто пригласила на ужин человека, спасшего жизнь моему сыну, – последовал непринуждённый ответ кузины.

– Но... он же незнакомец! – Анна ещё не отошла от потрясения. – В самом деле, что мы о нём знаем?

– Мы знаем всё, что нам нужно знать! Ты ведёшь себя, как зануда, это так на тебя не похоже, Анна. Совершенно очевидно, что Саймон Блэквел – весьма приятный джентльмен. Хорошего человека издалека видно.

«Джентльмен, – мрачно согласилась Анна, когда они переходили улицу, – но едва ли приятный».

– Да, весьма приятный джентльмен, – тем временем размышляла вслух Каро, продолжая идти на север к городскому дому матери Анны.

Анна поджала губы.

– Каро, если бы я не знала, что ты безумно влюблена в Джона, я бы подумала, что ты кокетничала с этим человеком.

– Неправда. Я просто была вежливой, что, похоже, ускользнуло от твоего внимания, дорогая. А у него довольно привлекательная внешность, на случай если ты не заметила.