Её радость звучала совершенно искренне. Возможно, отчасти так и было. Возможно, сейчас женщина видела перед собой единственное существо, способное погасить пожар, который её сын только что устроил одним эффектным появлением.

— Благодарю вас, — мягко ответила Лиара. — Путь оказался… насыщенным событиями.

Всего на миг её взгляд скользнул в мою сторону. Мать Каэра крепче сжала теперь её ладони.

— Я уже слышала. Ужасное нападение! К счастью, никто из вас не пострадал.

Каэр не двинулся с места. Но его мать явно не собиралась оставлять судьбу государства на волю молодых людей возрастом всего-то в несколько сотен лет. Она взяла принцессу под руку и подвела её прямо к Каэру, поставив друг напротив друга.

— Мне жаль, что пришлось оставить тебя, — достаточно громко сказал Каэр.

— Ничего страшного, мой принц, я рада, что мы все добрались благополучно, — ещё более официально ответила она.

Принцесса Лиара и отец Каэра обменялись официальными приветствиями. И его мать снова взяла бразды правления этим мероприятием в свои руки:

— После сегодняшних событий стало совершенно ясно, что нельзя откладывать самое важное, — торжественно произнесла она.

Каэр медленно повернул к ней голову.

— Весь город ждёт вашего союза. Об этом говорят люди. Этого ждут обе семьи. И сейчас, когда появились странные слухи, всем будет спокойнее, если ваша помолвка будет скреплена клятвами как можно скорее.

Мать взяла их за руки и соединила их ладони.

— Чем скорее, тем лучше, возможно, уже завтра вечером, — добавила она с улыбкой. — Когда вы отдохнёте после долгого и трудного пути. Без лишних церемоний. Только семья, свидетели и храмовый служитель.

Она сказала это так громко, чтобы слышал каждый, находящийся в этом дворе.

Отличное решение. Перебей плохую новость хорошей, назначь дату и объяви публично, чтобы никто не смог отыграть назад. Слухи о Белой Деве против свадьбы века. Первое надо ещё подтвердить, а второе — у всех на виду. Обидно только, что плохой новостью на этот раз была я.

Молодой стражник, который раньше не подходил ко мне близко, тихо кашлянул рядом со мной.

— Прошу, госпожа, пойдёмте.

Я послушно развернулась и пошла к боковой двери. Уже на пороге не удержалась и оглянулась.

Лиара стояла рядом с Каэром, положив тонкую ладонь на его руку. Его мать что-то говорила, чуть склонившись к ним. Отец молча наблюдал за всеми сразу — за сыном, его невестой, свитой, воротами и, кажется, даже за мной.

Каэр поднял голову.

Наши взгляды встретились через весь двор.

И я вдруг очень ясно вспомнила его дыхание возле моего уха.

«Пусть».

Кажется, я воображаю себе лишнего. Дверь за мной закрылась.

Дорогая клетка

Дорогая клетка

Мои новые стражники были предупредительны и осторожны, придерживали двери и сохраняли мой темп ходьбы. Но направление задавали вполне определённо: к ступеням, через высокую дверь, в прохладный полумрак замка.

Мы прошли через длинный холл, где от каждого шага отдавалось гулкое эхо. Пол был выложен тёмным камнем, настолько отполированным, что в нём отражались светлые полосы из узких высоких окон. На стенах висели огромные гобелены: сражения, горящие крепости, драконы над городами. Очень много драконов. На одном чёрный зверь с раскрытыми крыльями стоял на горе пепла, а вокруг него преклоняли колени люди. Возможно, просто пали ниц в благоговейном восторге. Всё это подавляло.

По пути нам встречались слуги, все в невзрачной серо-голубой, пыльного цвета одежде. Они останавливались, кланялись и бросали на меня быстрые взгляды. Как будто им было нельзя меня разглядывать, но совершенно невозможно было удержаться. Кто-то замечал красные следы на запястьях, кто-то — синяки на шее, кто-то — мой порванный костюм. За нашими спинами по коридорам полз неразличимый шёпот. Мы упёрлись в широкую винтовую каменную лестницу, построенную с таким размахом, что по ней могли пройти не меньше десяти человек в ряд и не толкаться плечами.

Западные комнаты оказались за тяжёлой резной дверью в конце левого коридора на втором этаже. Старший стражник открыл её ключом, второй первым вошёл внутрь, осмотрел помещение и только потом пропустил меня.

— Прошу, госпожа.

— Как любезно. Почти и не похоже на тюрьму.

Старший сделал вид, что не слышит. А вот младший задержал на мне взгляд. Понравилась, что ли?

Комнаты оказались довольно большими. Потолок уходил вверх метра на четыре. Ну что ж, не сырая камера, не подвал с крысами и не тесная верхушка башни, а вполне себе дорогая клетка. Даже в несколько комнат!

Старший стражник неловко поклонился перед уходом:

— Если вам что-то понадобится, постучите, госпожа.

— Ключ от двери?

Он промолчал, сохраняя каменное выражение лица.

— Нож? Зарядку для телефона? Лифт домой? — слабо пошутила я.

Никакой реакции. Мда, на стендапе я бы тут не заработала.

— Тогда поесть было бы очень кстати!

Стражник сдержанно кивнул, и оба вышли. Щёлкнул замок.

Некоторое время я просто стояла посреди гостиной и слушала собственное дыхание.

В коридоре раздались шаги. Где-то дальше по коридору хлопнула дверь. Снаружи донеслись приглушённые голоса, топот лошадей во дворе, скрип колёс. Город продолжал жить.

План. Мне нужен план! Сколько времени пройдет, прежде чем вспыльчивый красавчик закончит свои дела и придет меня навестить?

Первым делом я обошла все свои комнаты. Первая была гостиной: очень высокий потолок, серые каменные стены, широкий бордовый ковёр на полу, низкий столик из тёмного дерева, вокруг несколько кресел с резными спинками. В стену был врезан камин, но огонь в нём не горел. Над камином висело зеркало в тяжёлой металлической раме. В одном углу — высокий подсвечник, похожий на торшер, только для свечей, в другом — закрытый шкаф. За искусной деревянной резной ширмой стояла пустая медная ванна, полотенца и душистое мыло с травяным запахом. На стенах висели длинные узкие гобелены от пола до потолка. Комната была достаточно богатой и, очевидно, часто принимала важных гостей. Или важных пленников.

Дальше шла спальня. Широкая кровать под тёмным пологом. Столик с тазом и кувшином, сундук. Узкая дверь в крохотную комнату с узкой кроватью, видимо, для прислуги. И ещё одна дверь в нечто, отдалённо напоминающее уборную.

Окна были высокими, стрельчатыми, с толстыми рамами. За ними виднелся внутренний двор, часть стены и край города ниже по склону.

Я подошла к ближайшему окну и поддела пальцами холодную металлическую щеколду, потянула. Не открывается. Рамы были закрыты намертво, а снаружи, насколько я могла разглядеть, проходил узкий каменный выступ. Даже если бы окно открылось, выбраться через него без навыков альпиниста и желания умереть на мостовой было бы трудно. Хоть это и был второй этаж, при высоте местных потолков он вполне мог сойти за четвёртый.

Я обошла комнаты ещё раз.

Шкаф пустой, если не считать пары тёплых покрывал. Сундук оказался заперт. Тёмное зеркало показало мне, что синяки на шее стали заметнее. Я машинально поправила руками укладку. Камин — холодный, с остывшей золой и узким дымоходом. Не вариант. Я вернулась в гостиную и достала телефон.

Семьдесят три процента. Связи нет.

Я сделала несколько фотографий: дверь, замок, окна, вид наружу, комнату, кровать, камин, собственные запястья с красными следами от верёвки. Пролистала все фотографии на предмет тёмных фигур по углам. Ничего, слава Богу. Потом выключила экран, чтобы не тратить заряд, и убрала телефон в сумку.

Так, что дальше?

Первое: не паниковать.

Второе: выяснить, как я сюда попала и можно ли вернуться домой. Раз интернета тут не предвидится, выяснять придётся, похоже, у каких-то людей или в каких-то книгах.

Третье: не дать Каэру отправить меня на пытки. Как?

Четвёртое: понять, кто пытался его убить и почему я вообще оказалась в центре этого кошмара.