глаза от слепящего солнца, отдаваясь полузабытым ощущениям. Запах черного кофе, пыли, мази для ботинок и оружейного масла — запахи армейских сборов. Циничные и порой пошловатые шутки-прибаутки, смех. Рев моторов, дальние звуки выстрелов со стрельбища. Вот бы весь месяц прошел в таком же расслабленном состоянии… жаль, что это невозможно.

К полудню все наконец собрались, мы расселись по джипам и поехали на тренировочную базу.

Я кинул свой рюкзак на раскладушку в палатке, где расположился наш отряд, и вышел со всеми на небольшую площадку, где уже стоял новый командир роты.

Дори разговаривал с кем-то по телефону, время от времени поглядывая, как к нему потихоньку подтягиваются солдаты. Я постарался остаться в стороне, но меня подтолкнули сзади.

Я резко обернулся и увидел Зоара, которого не видел с декабря.

 — Привет — сказал он, как ни в чем ни бывало — пошли поближе, я хочу послушать, что он скажет.

 — Ты иди, я постою здесь — качнул я головой. Злость от его исчезновения улеглась за эти месяцы, но общаться с ним у меня не было большого желания.

 — Как хочешь — он слегка хлопнул меня по спине и пошел вглубь группы остальных.

Наконец почти все были в сборе, и Дори произнес небольшую речь, о том, как какой честью он считает свое новое назначение, как стратегически важно то, чем мы будем заниматься весь следующий месяц, и ещё много того, чего я уже наслушался за предыдущие сборы от командиров.

Шесть лет не прошли бесследно — все, что здесь происходило, проходило мимо меня. Я не видел смысла в своем присутствии здесь, в командирской речи, в армейском сленге, который все другие с таким удовольствием подхватывали, едва лишь перейдя ворота базы.

Если можно было бы, я просто переоделся бы в свою обычную одежду, поехал бы домой… нет, поехал бы на работу. И проработал бы целый месяц без давящего присутствия человека, который сейчас раздавал приказы и поручения командирам взводов.

Который разбил мне сердце, как смешно и патетично это бы ни звучало.

После собрания мы дружной гурьбой побрели в оружейную, получили свои автоматы и рожки с патронами и отправились прямиком на стрельбище. Потом пообедали — на удивление неплохо — и пошли получать инструктаж для дальнейших действий.

В первый же день нам устроили пробежку по пересечённой местности и, уже на десерт — небольшую учебную операцию в сгустившихся сумерках. Дори, видимо, решил не терять время зря.

Нас разделили на две команды, и я попал в команду «наших». Команда «их» пошла в наступление, и я получил по голове и груди теннисными мячами — их бросали вместо камней — пущенными чьей-то мощной рукой.

На меня кто-то напал в темноте, я швырнул его на землю, но не слишком усердствуя. Потом кто-то схватил меня сзади за пояс, и опрокинул на землю.

Я присмотрелся, и увидел ухмыляющегося Зоара.

 — Сдаешься? — спросил он.

 — Черта с два — я рванулся, но он быстро прижал меня коленом к земле, и зажал мой рот рукой.

 — Не рыпайся — прошептал он.

Ага, так я его и послушался. Поднапрягся, и ногой пнул его в грудь. Он охнул, отшатнувшись, и я смог наконец высвободиться.

 — Миха, ты чего? — прохрипел он.

 — Рот зачем зажимал? — спросил я.

 — Чтобы ты не звал бы своих на помощь. У нас учение, не забыл? Учение, а не война.

 — Помню — ответил я. Злость во мне улеглась, оставив место сожалению и стыду.

 — Извини.

 — Ничего. Там уже собираются для обсуждения результатов, иди, я сейчас приду — сказал он, покряхтывая, все ещё сидя на земле.

Я не двинулся с места, но и подойти к нему, чтобы помочь, не рискнул — это вполне могло оказаться уловкой.

Наконец он поднялся, и кивнул мне.

 — Все в порядке. Идем.

Все уже были в сборе возле джипов, разделились по взводам и слушали своих командиров. Я двинулся к своему взводу, и увидел, что Паит идёт за мной.

 — Ты разве не во втором?

 — Нет. Дори перевел меня в первый, к вам — ответил он.

Я промолчал. Это было неприятным сюрпризом, и непонятно было, зачем это нужно Зелигу.

Мы прослушали оценочный анализ нового командира, Рувена, и двинулись в обратный путь к палаткам пешком.

Зоар нагнал меня и пошел со мной вровень.

 — Миха, нам целый месяц придется ночевать под одной крышей. Давай поговорим.

 — Давай — сказал я.

Он засунул руки в карманы, некоторое время шел молча.

 — Нет лёгкого способа сказать это. В общем, я с Дори… Я с Дори. С прошлого года.

 — Что? — спросил я тупо.

 — С декабря — добавил он, голос его слегка охрип.

 — Ты закрыл свой гештальт со мной и пошел к нему? — спросил я зачем-то.

 — Нет. Мы вместе ещё с годовщины Арона.

 — А мне зачем тогда звонил? — от абсурдности происходящего у меня голова пошла кругом.

 — Потому что хотел тебя до смерти — сказал он, глядя прямо мне в глаза — И еще… хотел убедиться, что делаю правильный выбор.

Рот мой наполнился горькой слюной, и я сглотнул.

 — Спасибо, что сказал — ответил я — хотя бы не буду выглядеть полным идиотом, если случайно вас засеку.

 — Мне жаль — сказал он очень тихо, и отошел.

Я не ответил. Объективно я понимал, что никакого повода злиться на них у меня не было. Дори был к тому времени свободным человеком, а Зоар… он всегда был себе на уме. Никаких ожиданий у меня по поводу него не было.

Я прибавил шага, нагнал двоих знакомых, и зашагал рядом с ними, стараясь не обращать внимание на тупую боль в сердце.

На том первый день сборов был закончен.

После ужина и чего-то, что условно называлось «душем» я вернулся в палатку, лег в спальник на жёстком брезенте.

Зоар, слава всем богам, расположился на другом конце тента, так что я мог его не видеть и не слышать.

Нам объявили графики дежурств на часах, и мне выпало с двух часов ночи до четырех утра. Я поставил будильник на телефоне и закрыл глаза, стараясь поскорее заснуть.

Но сон не шел.

Постепенно все разговоры стихли, последние совы ещё светили экранами смартфонов, но было тихо.

Я все лежал с открытыми глазами и думал.

Мимо меня прошла неслышная тень. Зоар.

Его дежурство было только в шесть утра, так что понятно было, что он идёт к командиру роты.

Я закрыл глаза, и наконец смог заснуть.

Глава 15

В два часа ночи меня разбудила вибрация от моего будильника на телефоне.

Я выпростался из спальника, нацепил на себя автомат, обмундирование и пошёл сменять предыдущего караульного.

Тот сидел на столешнице большого деревянного стола, придвинутого вплотную к стене оружейной. Увидев меня, махнул рукой, здороваясь, и протянул пачку сигарет.

Я курил очень редко, но сейчас это было кстати. Отпустил караульного, сел и затянулся, с непривычки