Там же в сенцах будет стоять стиральная машинка. Для нее покупаем сразу два удлинителя. В этом вопросе бабушка мне полностью доверяет. Во время стирки мы будем ставить ее на улице. Подключать два удлинителя один к другому протянув их из дома и стирать. Слив воды будет естественно в землю, ну или на землю не знаю, как будет более правильно сказать. Пока едем обратно с покупками разворачивается достаточно стандартный разговор.

— Ну и почем сдали баб Нюр? — обращается Петро к моей бабушке.

— Ой Петюня, да что сдали, да слезы, какие там деньги в энтом году ужо и брать не будем, да то внук мой непутевый Васька подбил меняя, убытки, одни убытки… — строит бабушка из себя потерпевшую.

— Эврика та проклятущая 92 целковых, как с куста, как с куста. Что ж руками бы не перестирала в корыте-то? Это Васька мой не путевый, бабушка давай купим, да давай купим, горе мне с ним Петро. — продолжает спектакль бабушка. Впрочем водитель примерно знает цены на стиральные машинки, что есть совсем дешевые по 88 ₽ и есть более дорогие по 120 ₽, мы же взяли барабанного типа, где все операции на одном барабане, но все же средней ценовой категории.

— Так возраст баб Нюр, Васька твой почитай за ум взялся о тебе заботится. Трудно тебе поди стирать-то руками. — начинает Петро неожиданно даже для меня заступаться за мою персону.

— Да ежели бы токма это. Тот холодильник ЗИЛ стоит, как твоя машина 210 рублев отдали, а за что? Зимой им не пользоваться, так баловство одно.

— Баб Нюр ты не скажи. У нас тоже холодильник с женой стоит полезное дело. Твоя правда зимой не пользуемся, а летом? Да ежели формочки положить лед получается, а в жару лед-то хорошо такое баб Нюр. — возражает Петро.

— По миру мы с этим Васькой пойдем, по миру! Было больше тыщи, да сплыло, совсем чуть-чуть на жизню осталось. Только чтобы в магазин пару раз сходить. Мы из-за него Васьки-то дурака и не сажали ничего окромя чеснока либо знаешь… — продолжает моя бабка владеющая навыком подпольной борьбы.

— Знаю, что не сажали, но рублей 700–800 осталось? — интересуется Петро.

— Да откуда Петюня такие деньги хорошо ежели рублей 350–400 наберем. Все же что нажили непосильным трудом, все потратили…

Городские не поймут этого спектакля, а я сижу отвернувшись лицом к стеклу, делаю вид, что слежу за дорогой. Стараюсь не рассмеяться. Все сдавали в том числе поросят, четыре боровка могут и 1000 рублей стоить, а могут и все 1500 в редких случаях 1600–1650, если особо удачно раскормили. Бабушка озвучила максимальную сумму нашего остатка в 400 рублей. Петро сделает вывод осталось 800–900 рублей. Что в будущем объяснит наши траты. У односельчан не будет вопросов откуда деньги? С другой стороны чисто по сельски мы бедолаги. С одной стороны молодцы конечно, шаг за шагом из нищеты выбираемся. У нас теперь не просто телевизор, как у людей, пусть и не популярный сейчас цветной, цветной нам не по статусу. Так холодильник со стиралкой появились. А вот с другой стороны мы мяса и сала даже с одного поросеночка себе не смогли оставить. Будем в людях их покупать, а это дороже. Получается, что да наверх мы экономически карабкаемся, но так сказать из последних сил. Дабы чуть выше приподняться, нам приходиться чем-то жертвовать. Ну а быть жертвой, точнее не быть, а казаться бедолагой оно в колхозе выгоднее, чем казаться успешным.

Я же совсем не унываю. Моя бабушка кстати тоже. Впереди забой четырех козлов. Значит без мяса мы не останемся. Более того! Я работаю по ночам, а точнее сплю в школе. Нагрузи мяса полные сумки, да и поезжай себе спокойно в город. Козлятину не принимают на мясокомбинате, но вот городские жители иногда именно ее и желают купить. Да не все, да она не так популярна, как свинина или говядина, но любители есть. Цена же на рынке на мясо выше, если бы просто сдавали, даже принимай ее на мясокомбинате. Буду днем выезжать и торговать подгадывая так, дабы успевать на последний автобус в село. Итого мы и свежатинки мяса поедим, денег выручим. Опять же легенда для односельчан откуда у нас деньги: поросят сдали, козлов (мясо) распродали и… Главное! Мы будем и с салом и мясом свинины. Ибо реальные деньги на покупку у нас и без сдачи этих животных были. Теперь у нас есть и легенда откуда появились эти самые деньги…

Глава 7

Эпопея с козлами длилась почти до начала оттепели, когда весело зазвучала веселая, весенняя капель с крыши. Вот и сегодня, правда в последний раз в этом году я привез мясо на продажу. Меня уже узнавали в мясных рядах. Обратился к развеселой тетке-продавщице Гале.

— Присмотри за товаром, отойду до ветру.

— А ежели покупатель будет?

— Мою цену ты знаешь 4 рубля за кило, твоих 40 копеек с каждого проданного килограмма.

— А ежели я дороже продам? — улыбнулась Галя показав, что рот полон модных сейчас золотых зубов.

— Все, что сверху тоже твое. — согласился с соседкой по прилавку.

— Только ты Василь давай не долго там.

— Галь, как природа матушка решит, съел что-то не то.

— Ой умора, природа, так и скажи обдристался. — засмеялся Гоги, что через два прилавка от нас стоял и торговал надо сказать чужим мясом. Обыкновенный перекуп. Если за такое ловили, то спекуляция и срок. Но их почему-то все реже и реже ловили и срок в тюрьме Гогу не пугал.

— Слышь Гога, армяне лучше чем грузины. — вбросил я ему.

— Э слюшай! Чем лютше? — возмутился Гога, который кстати идеально говорил на русском, но в моменты эмоционального напряжения, злости например начинал говорить с акцентом.

— Чем грузины. — ответил я ему невинно пожав плечами. Соседние торговцы и торговки, что стояли рядом и слышали нашу перебранку засмеялись. А Гоги стоял с непонимающими глазами срущего котенка, ибо так и не смог понять каламбура, чем армяне лучше, грузин. Я же под шумок сбежал от прилавка по своим делам. Ибо мой якобы больной живот был лишь отмазкой, дабы немного прогуляться по рынку и капельку по городу. Сбежать решил на 30–40 минут, дать себе перерыв. Несмотря на то, что солнышко едва-едва начинало пригревать и только-только растаял снег во всяком случае на асфальте… Вдруг увидел знаменитую желтую бочку. Только в ней продавали не пиво или квас, о нет!

В УССР не знаю, как в других республиках в подобных бочках вывозили марочное, разливное вино. Как мне подсказывало мое второе «Я», знающее куда больше о будущем… Это было совсем не плохое вино и подобное в скором времени будет очень дорого стоить. Не прямо запредельно, но будет дешевое вино, чуть подороже, еще чуть дороже и раз в 5 дороже марочное, но не элитное, а уже дальше цены будут улетать в космос. Прошел мимо до киоска СОЮЗПЕЧАТЬ, там кроме печатной продукции и канцелярских товаров продавали табачную продукцию. Попросил сигару, обычную кубинскую сигару. Надо сказать СССР дружил с Кубой, не сказал бы, что были союзниками, скорее Москва была сюзереном, а Гавана сателлитом, но купить табачную продукцию с острова свободы не было какой-то проблемой. Более того многие в СССР во всяком случае УССР не очень любили кубинский табак. Считая больно крепким. Ибо пытались сигары курить в себя.

Вернулся к бочке с вино, отстоял небольшую очередь на три человека, а она была действительно небольшой. Ибо наливали не в фужеры или бокалы, а в 200 граммовые стаканы. Впрочем были и 100 граммовые и конечно было бы дешевле. Потому продавщица в белом чепчике на голове достаточно быстро налила страждущим. Настала моя очередь.

— Стакан вина. — попросил я.

— двадцать копеек. — бросила мне продавщица скорее по инерции т. к. я заранее подготовил монетки и ссыпал на поднос.

Отошел чуть в строну, распечатал кубинскую сигару. Зубами, как настоящий «ковбоец» откусил кончик, поставил стакан прямо на асфальт к себе под ноги. Сплюнул кончик сигары и вместе с остатками упаковки спрятал в карман кухвайки. Достал спички и прикурил. Сигары нельзя прикуривать от зажигалок, такое «не по настоящему». Достал из другого кармана солнечные очки и одел. Нагнулся и взял стакан вина. Жизнь-то налаживается. Вон взять загнивающий Запад в частности США. Разве может простой американский колхозник вот так запросто купить за копейки кубинскую сигару, стакан красного вина и стоять надев солнечные очки дабы не жмурится на солнце, отдохнуть в середине рабочего дня?