Я буквально выбежал из клиники, прыгнул в машину и приказал водителю как можно скорее мчать домой. По дороге успел сделать несколько заметок в телефоне, а дома вихрем взлетел по лестнице и кинулся в кабинет

Упав за стол, достал свои старые записи, придвинул к себе стопку чистых листов и схватил карандаш. Усталость как рукой сняло — азарт исследователя захлестнул меня с головой.

Я начал чертить. Сперва — базовая структура. Слои. У обычного человека их множество, и лежат они не идеально ровно — у каждого свои индивидуальные отклонения. Я принялся вычислять, как должны располагаться слои в идеале — на какой глубине, под каким углом друг к другу, с каким зазором. Чтобы энергия проходила сквозь них без сопротивления, без завихрений и потерь.

Затем — каналы. Сеть каналов в ауре подобна кровеносной системе: магистральные русла, ответвления, мельчайшие капилляры. У большинства людей эта сеть имеет заторы, узкие места, тупиковые ответвления — оттого и потери энергии, оттого и предел в развитии дара. Я рассчитывал, как проложить каналы, чтобы энергия текла свободно, чтобы каждый центр питался в полной мере и при необходимости подпитывал соседние, чтобы не было ни застоев, ни перегрузок.

И, наконец, сами центры. Их положение, связь между собой и взаимная настройка. Вот здесь и крылась главная сложность, та самая нераскрытая загадка целительства — как именно центры и слои сообщаются друг с другом.

Я бился над этим вопросом до рассвета. Исписал десятки листов формулами, схемами и расчётами. Зачёркивал, начинал заново, отбрасывал неверные варианты.

Изучение ауры Виктора дало мне ключ — я увидел, как искажение перекроило связи между центрами, и это подсказало, по каким принципам эти связи вообще работают. Раньше я лишь смутно догадывался, теперь же начал понимать механику.

Связь слоёв и центров оказалась не прямой, а резонансной. Они не соединялись напрямую, а откликались друг на друга, словно струны идеально настроенного инструмента. Воздействие на один центр порождало волну, что прокатывалась по слоям и отзывалась в других центрах, да и по всей ауре.

Возможно — но это пока лишь гипотеза — существует некая энергия, которая не видна даже магам, но которая влияет на работу ауры и всего человеческого организма.

Чертёж начал складываться.

Слой за слоем, канал за каналом, центр за центром — идеальная структура обретала форму на бумаге и в моём сознании. Я выстраивал её, добиваясь полной гармонии и безупречного резонанса между всеми элементами.

Аура, в которой нет ни единого слабого места. Аура, где энергия течёт свободно и мощно, где каждый центр питается в полную силу, где дар раскрывается на максимум.

Часы летели незаметно. За окном давно рассвело, солнце уже подбиралось к зениту, а я всё работал, не в силах оторваться. Я чувствовал, что стою на пороге чего-то грандиозного.

И вот, когда последние расчёты легли на бумагу, когда последняя линия чертежа замкнулась в стройную систему, я откинулся на спинку кресла и посмотрел на дело своих рук.

Передо мной лежал чертёж идеальной ауры. Полная, завершённая схема безупречной энергетической структуры — от глубинных слоёв до тончайших капилляров, от корневого центра до теменного, со всеми резонансными связями, выверенными до мельчайших деталей.

Я смотрел на него, и постепенно до меня доходил весь смысл того, что я создал.

Это была не просто теоретическая модель. Это был эталон. Образец, к которому можно стремиться. А если структуру ауры действительно можно перестраивать — как доказал случай Виктора, — то теоретически по этому чертежу можно было бы перекроить чью угодно ауру.

И в этот миг по спине у меня пробежал холодок. Мурашки выступили на коже, дыхание перехватило.

Я вдруг с пронзительной ясностью осознал, что именно держу в руках.

Никто и никогда в этом мире не создавал ничего подобного. Целители веками изучали ауру, лечили её, временно усиливали. Но никто и помыслить не мог о том, чтобы вычислить её идеальную форму и научиться приводить к этому идеалу.

А я только что это сделал. Я держал в руках чертёж, способный изменить само представление о пределах человеческого дара.

Похоже, я создал то, чего ещё никому и никогда не удавалось…

Глава 7

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

Я сидел, не отрывая взгляда от чертежа, и в голове вспыхивали мысли одна грандиознее другой.

Если структуру ауры можно перекроить, и если у меня есть эталон, к которому следует стремиться, то отсюда следовал вывод, от которого захватывало дух. Я понял принцип, как можно целенаправленно, осознанно менять любую ауру.

Подумать только. Взять обычного человека со средним даром, изучить его ауру, наложить на неё мой эталон — и аккуратно, шаг за шагом, перестроить. Где нужно — укрепить или сместить слои, расширить или даже проложить новые каналы, добиться идеальной гармонии всех центров.

И что получится в итоге? Для начала — человек с невероятно крепким, идеальным здоровьем. А если он ещё и одарённый, то дар можно усилить. При желании — даже изменить направленность.

Опыт Виктора говорит о том, что это вполне возможно. И если всё сделать грамотно и осознанно, процесс пройдёт гораздо проще.

А ведь можно и не менять направление дара полностью, а просто добавить новые свойства к существующему… Скажем, добавить боевым магам возможность использовать базовые целительские заклинания. Или наоборот — чтобы целители могли использовать атакующие заклинания.

От этой мысли у меня закружилась голова. Я понимал, что держу в руках нечто, способное перевернуть мир. В буквальном смысле.

Общественный уклад в Российской империи, да и всего этого мира, во многом зиждился на даре. Сила рода, его место в иерархии, само право называться аристократом — всё определялось тем, каким даром наделены представители рода.

Сейчас, конечно, всё перемешалось, и встречалось даже такое, что дворяне совсем не обладали магией. Но, как правило, слабый дар означал слабый род, прозябающий на задворках. Сильный дар — могущественный род, вершащий судьбы.

А я нашёл способ сломать этот принцип, и делать слабых магов сильными. Возможно, даже создавать одарённых из обычных людей…

Если я научусь это делать — это будет настоящий фурор! Даже просто шанс усилить дар станет невероятным открытием. Да любой маг на свете отдаст что угодно за такую возможность.

Я вскочил с кресла и сделал несколько кругов по комнате. Открывшиеся передо мной перспективы почти пугали — ведь такая сила и впрямь была опасна. И в то же время я буквально дрожал от эйфории. Получилось! У меня наконец-то получилось создать чертёж идеальной ауры!

Но открывать шампанское пока было рано. Чертёж — это всего лишь теория. Между изящной схемой на бумаге и реальной перестройкой живой человеческой ауры лежала пропасть. Я не имел ни малейшего понятия, сработает ли это на практике. А если сработает — то сколько сил отнимает, как повлияет на человека? Какова будет цена за возможность стать сильнее?

Ауральная хирургия не зря считается сложнейшим направлением в целительстве. Цена ошибки там невероятно высока, и никто не застрахован от непредвиденных последствий, даже если операция пройдёт максимально по плану. Аура слишком сложна, слишком много в ней неразгаданного. Та же резонансная связь между слоями и центрами — я лишь нащупал её принцип, но вовсе не постиг все тонкости.

Нет. Тут спешить нельзя. Это не та область, где стоит торопиться.

Я заставил себя успокоиться и взглянуть на дело трезво.

Прежде всего, чертёж нужно довести до ума. Я работал над ним сутки напролёт, в горячке азарта, и на свежую голову наверняка найду в нём изъяны и недочёты.

Значит, поступлю следующим образом: отложу чертёж. Дам себе отдохнуть, отвлекусь на другие дела, а потом вернусь к нему и изучу свежим взглядом. Всё перепроверю, при необходимости доработаю слабые места. И только когда буду полностью уверен — лишь тогда перейду к экспериментам.