— Ну что ж, Дамир, вот твоё наследство. Теперь ты проклят, — спокойно сказал Протей. Дамир испуганно посмотрел на него. — Это была не моя воля, а воля твоего отца. Но не пугайся так! Это не значит, что ты закончишь, как он. Единственное, о чём я попрошу тебя, не давай этот диск никому, иначе это плохо кончится. Опыт и знания пользования придут к тебе со временем. Твой отец не желал тебе зла, — продолжал Протей. — Как я уже сказал, каждый выбирает свою дорогу. Твой отец выбрал свою, твоя мать — свою.

Дамир продолжал удивлённо смотреть на Протея.

— Моя мать? Вы знали Карнетт?

Протей улыбнулся, складывалось ощущение, что ему нравиться наблюдать за изумлением Дамира, играя известной ему информацией.

— Ты, конечно, не знаешь об этом. Твоя мать вовсе не Карнетт.

Дамир замер с приоткрытым ртом, он даже не мог произнести этого вопроса вслух. Протей, наблюдая за его удивлением, выдержал паузу.

— Я понимаю, Дамир, что тебе сложно во всё это поверить, но твоё семейное древо выглядит несколько иначе, чем ты себе представлял. Я встретил твоего отца, когда он был ещё совсем молод и амбициозен. А для людей, открывающих духовный мир, всегда есть искушение. Совершив сложный ритуал вызова «Хозяина судеб», он попал ко мне. Но не он один оказался способным на это.

Он снова замолчал, глядя на Дамира, который был в замешательстве. Эта игра в тайны всё больше нервировала.

— Даже не зная того, находясь далеко-далеко, но вместе с ним его совершила совсем молодая девушка, так они оба оказались передо мной, так они встретились и полюбили друг друга. Так появилась Анна, твоя сестра, и ты. Твоя мама — это Роуз, Дамир.

Не дав Дамиру даже опомниться от услышанного, Протей продолжил говорить.

— Я обучил их всему, что знал сам. И они очень преуспели. Больше всего мне нравилось, что они могли мыслить, выходя за рамки предложенного. Настало время, когда им нужно было идти своей дорогой, и я решил подарить им свою книгу, которую вёл долгие годы. Я разделил её на две части: большую — я отдал Даминьяну, меньшую — Роуз. Но когда наши пути разошлись, начались трудности. Даминьян был всё так же амбициозен, Роуз больше заботило будущее детей. И когда дело дошло до магического наследства — началась настоящая война. Даминьян любил тебя и хотел обе части соединить воедино и подарить тебе, потому что не считал, что твоей сестре нужно вмешиваться в магические дела. Но Роуз была не согласна с таким положением вещей. Она ценила обоих своих детей, но считала, что знания должны были перейти старшему ребёнку, то есть к твоей сестре. Когда слова закончились, они перешли к магии и стали меряться силой. Пытаться доказать свою правоту посредством своих знаний ремесла. Как ты понимаешь, можно сказать, что выиграл Дамиьян, — Протей развёл руками в стороны. — Но в итоге возмездие нашло и его. Даминьян встретил Карнетт, влюбил её в себя и отобрал детей у Роуз, воспользовавшись помощью властей и своими методами. Роуз не смогла тягаться с Даминьяном, и ей пришлось отступить. Она потеряла большую часть сил и осталась одна. Но Роуз всё же не сдалась, кое-что ей удалось. И хоть и не своими, но чужими руками. Мою маленькую часть книги она назвала «Роуз» и передала её Анне, до этого рассказывая Карнетт о таких вещах, чтобы заинтересовать её колдовством. Естественно, Карнетт была заинтересована, и, когда застала Даминьяна с любовником, она воспользовалась тёмным ритуалом из книги Роуз, украв его с её молчаливого согласия. Таким образом, она убрала Даминьяна из вашей жизни, и Анна стала наследницей так, как и хотела Роуз, — он замолчал, смотря на Дамира, который не знал, что отвечать. Он даже не знал, верить ли в это. Но внутри него извивался страх за Киро. Отметая своё удивление, Дамир серьёзно посмотрел на Протея и, собрав свою волю, ровно сказал:

— Мои родители — это прошлое, мне нужно найти Киро.

— Чтобы найти его, тебе нужно поверить в то, кто он есть, — Протей снова сделал паузу, что начало раздражать Дамира. Он чувствовал, как время скользит по его коже, и осознание того, что его становится всё меньше, причиняло боль. — Нефилимы — существа духа во плоти. Они сотканы из материи и по духовному строению похожи на человека, но всё же отличаются рядом признаков. Они уступают человеку в силе. Человек всё же более слаженная система, а они — нет, зато они прекрасно входят в контакт с потусторонними мирами и служат передатчиками, своего рода вратами в другой мир, что интересует многих с обеих сторон. Есть очень много ритуалов, связанных с нефилимами. Но, что важнее, есть существа, для которых нефилимы — это пища, — эти слова Протея со страхом отозвались внутри Дамира. — Тот, кто испробует плоти нефилима, становится физически сильнее, живёт дольше, но у него теряется способность видеть их, так как он становится более приземлённым, опускаясь на низкие уровни жизни, теряет область чувств и духовной морали. Собственно, тех, кто охотится на нефилимов, называют сакорами — чёрными колдунами. И они взращивают свою численность, обращая в сакоров других, заставляя их съесть подготовленного нефилима. Чтобы высвободить его дух и отделить плоть, им добавляют в еду или питьё специальный порошок, чтобы все внутренности стали рыхлыми, и нефилима было легче потрошить. В таких случаях нефилимы без всех органов могут оставаться живыми только за счёт чёрного ритуала.

Мозаика в голове Дамира начала постепенно складываться. Его руки охватила мелкая дрожь, он снова начал кусать губу, разрывая только затянувшиеся ранки.

— Теперь ты знаешь всё, что должен знать. Киро в большой опасности, если он важен для тебя — поспеши. У тебя хватит всей жизни, чтобы подумать над своими ошибками, а вот времени, чтобы их исправить, может и не хватить, — Протей посмотрел Дамиру в глаза, и у того на секунду возникло ощущение, что он смотрит сквозь него. Он спрятал руки в складках одежды.

— Возьми это, — он протянул Дамиру на раскрытой ладони деревянный крестик, перевязанный синими нитками. — Это для твоей защиты, — Дамир взял крестик и сжал в ладони. — Теперь беги, — Протей повернулся и рукой указал Дамиру в сторону леса.

— Спасибо, — коротко бросил он и торопливо пошёл в сторону, куда указывал Протей. Он шёл, не оглядываясь, всё ускоряя шаг и переходя на бег. Через несколько минут он уже стремглав несся через тёмный лес, не разбирая дороги под ногами. Перед глазами стояла кромешная тьма, деревья то и дело оставляли отметины на его лице, словно забавлялись над слепым путником. Он спотыкался о корни деревьев, но упрямо бежал вперёд. В голове была только одна мысль: «Я должен успеть. Я должен успеть». Хотя иногда темнота перед глазами казалась бесконечной. Наконец, между стволов деревьев замелькали отблески костра. И Дамир вдруг ясно вспомнил свой сон, который видел в ту ночь, когда купил спиритическую доску. Только сейчас он проживал его наяву.

Когда Дамир приблизился к поляне, где горел костер, освящая ночную мглу, его сердце колотилось, как бешеное, и он не мог дышать.

Дамир отвёл в сторону ветви кустов…

И словно его кошмар стал явью. Только на месте незнакомого парня был Киро… Распластанный и окровавленный он лежал посреди поляны. Его живот был вспорот, а внутренности лежали рядом с парнем, в котором Дамир узнал Андрэ. И он с удовольствием поедал их, периодически погружая руку внутрь Киро за новой порцией.

— Очень вкусно! — произнёс Андрэ, всё его лицо было в крови.

— Урод! Что ты с ним сделал?! — закричал Дамир, неровно дыша. Он пошёл вперёд к нему.

— А вот и ты, Дамир! Я должен поблагодарить тебя. Ты не только доставил мне такого сочного нефилима, но подарил прекрасный секс. Честно говоря, я не думал, что ты так быстро сдашься. Видать молоко с моей спермой быстро подействовало. — Андрэ облизал пальцы, его голос был гораздо грубее, чем когда они встретились впервые. — Моя бабушка сделала мне отличный подарок к совершеннолетию после того, как съела мою мать, — Андрэ глупо хихикнул. — Мы с тобой отлично провели время, а нефилим, убитый горем, это просто объедение! — он широко улыбнулся и отправил в рот очередную порцию кровавой каши.