Дани прервался, чтобы глотнуть воды и сделать пару глубоких вдохов. Воспоминания о старшем омеге всегда отзывались горечью и болью в душе. Алистер молчал, ожидая продолжения. Положение омег в Британии давно известно. Яркие, ухоженные, но все же игрушки, в руках отца или супруга. По сравнению с ними, вольные, смелые, веселые омеги его родины разительно отличались от своих собратьев по другую сторону границы. Омеги Шотландии были равноправными и свободными в своем выборе, наравне с альфами. И смерть супруга вовсе не обрекала омегу на жалкое и зависимое от родственников положение. При желании и наличии способностей, они даже могли занимать положение главы клана. В Британии было совсем не так, и рассказ Дани только подтверждал это.

— До недавнего времени обо мне не вспоминали, что меня вполне устраивало. Я жил в дальнем поместье, в свете не появлялся и все время проводил за книгами или на природе. Впрочем, не важно. Этой весной неожиданно приехал Юстас и забрал меня в столицу. Уже по пути в Лондон я узнал, что он нашел мне мужа. Я, конечно, не завсегдатай салонов, но даже до нашей глубинки доходили слухи о, как оказалось, моем будущем супруге… Барон Виран… Трижды вдовец. Баснословно богатый вдовец, успешно присоединивший к своему имуществу состояния своих супругов… Вот Вы сказали, что меня ждет в порту, а по мне так это лучшая судьба, чем быть его супругом. И даже канава, где собаки будут глодать мои кости…

Голос Дани прервался. Молчание, вновь воцарившееся за столом, никто не спешил прерывать. Каждый был погружен в свои мысли.

Барон Виран… Алистер был наслышан о нем и даже поверхностно знаком. Представить сидящего напротив рыжика в руках барона… Ну нет! Невозможно! О чем только думал его родственник?! Хотя, судя по рассказу… Была вероятность, что омега преувеличил и немного сгустил краски своего рассказа, но прозвучавшее имя предполагаемого жениха все расставило по местам. Не преувеличил, а о многом умолчал. Все три супруга были найдены мертвыми в супружеской постели. Все были крайне истощены и подвергнуты чудовищным, садистским пыткам. Все трое не прожили в супружестве более года. Причина побега Дани была на лицо, но и это не выход. Побег лишь отсрочит гибель мальчишки. Не нужно быть провидцем, чтобы знать это. При всем своем желании, Дани не приспособлен к жизни среди морского братства. К тому же, омега на борту… Н-да, не лучшая идея. На берегу… тем более. Граф усиленно перебирал в уме варианты развития событий, постепенно сходясь к одному-двум. Но для начала…

— Вы знаете мое имя Дани, могу я, наконец, услышать Ваше полное имя?

Рыжик, выпрямившись на стуле так, что стала видна безупречная осанка, коротко кивнул.

— Дани Роули. Виконт Роули к Вашим услугам, граф, — приветственный наклон головы был настолько безукоризненно выполнен, что не оставил никаких сомнений в происхождении омеги. Вот как… Виконт Роули… Что ж, это во многом упрощает дело или, наоборот, все усложнит. Будущее покажет, а пока… Алистер поднялся и протянул руку Дани. Дождавшись, когда тот поднимется и вложит свою ладонь в его, сомкнул пальцы и негромко произнес:

— Я должен отвезти Вас домой, виконт. Вас, наверное, уже ищут.

Дернувшись, Дани попытался вырваться руку, но безуспешно.

— Нет! — стараясь не повышать голоса, он не оставлял попыток освободиться. — Никогда! Слышите, никогда я не вернусь туда!

— Дани, послушайте! Так будет лучше!

— Для кого лучше?! — Дани сделал очередную попытку освободить руку.

Алистер, тем временем, провел омегу через зал и вышел на крыльцо. Стоящий неподалеку закрытый экипаж тут же подкатил к самым ступеням, повинуясь жесту графа.

— Не делайте этого! — вцепившись в удерживающую его кисть второй рукой, Дани попытался ослабить ее хватку, но, как и прежде, с нулевым результатом. — Прошу Вас, сэр! Вы сами не знаете, что делаете. С тем же успехом Вы можете скинуть меня с пристани! Вы не можете мне помочь, так хотя бы не мешайте! Позвольте мне уйти!

Развернувшись лицом к графу, Дани умоляюще смотрел на него, ожидая ответа. Когда же Алистер покачал отрицательно головой, он просто-напросто отвернулся, чтобы не видеть его. Взгляд метался по темной улице в поисках выхода из положения, но не находил оного. Рука графа по-прежнему удерживала его подле себя. Слегка подтолкнув Дани, Алистер сопроводил его к экипажу и сам взобрался следом. Другой на его месте опасался бы истерики, криков или любого неожиданного поступка со стороны омеги, но Дани, виконт Роули, был воспитан иначе. Устроить скандал в публичном месте, привлечь внимание к своей персоне неподобающим поведением — увольте!

— Прошу, Дани, выслушайте меня и не спешите судить. Мои действия не носят намерения навредить Вам. Вы уже и сами изрядно в этом преуспели, — Дани, было, вскинулся в негодовании, но встретив спокойный, уверенный взгляд графа, лишь отвернулся к окну. — Ваше благо, если о побеге никому не известно и Ваша репутация не пострадала. В обратном случае… Но и это не важно сейчас. Вы упоминали о договорном браке с бароном, о том, что этот союз выгоден Вашему родственнику. Как я понял, Юстас корыстен. Если это так, то любой самый привлекательный договор может быть перебит другим, более выгодным. Побег не выход. Он лишь дает Вашему опекуну больше прав на жесткие меры в отношении Вас, Дани. Этот вопрос требует более тонкого подхода. Его нужно решать в той же плоскости и манере, что и Ваш родственник. Вот почему мы едем сейчас к Вам. Вы отдохнете от своего небольшого приключения, придете в себя, а завтра с утра я встречусь с Вашим дядей и попробую решить вопрос цивилизованно, как и положено в свете.

— Цивилизованно, — едва слышно выдохнул Дани. — В день, когда я сбежал, я стал невольным свидетелем разговора Юстаса и барона. Мой будущий супруг согласен выплатить немалую сумму денег за омегу, чья семья не будет интересоваться им после церемонии венчания. И поверьте, Юстас интересоваться точно не будет. Вы говорите об альтернативном решении, но в моем случае его нет. Все желания нынешнего графа Роули направлены на избавление от навязанных ему омег. И барон сполна готов поспособствовать этому. Как только я переступлю порог дома, моя жизнь не будет стоить ни гроша…

После непродолжительной паузы, Дани повернулся к Алистеру.

— Прошу Вас, граф, пока еще не поздно, отпустите меня. Вы завтра и не вспомните о нашей встрече, но моя жизнь будет кончена. Прошу Вас! Остановите экипаж.

Вновь отрицательно покачав головой, Алистер коснулся кончиками пальцев подбородка Дани и, приподняв его поникшую, было, голову заглянул в глаза.

— Я найду решение Вашей проблемы Дани! Клянусь Вам в этом!

Чуть приподняв голову, Дани освободил подбородок и отвернулся от альфы к окну.

— Не стоит давать напрасных клятв, сэр. Наше поверхностное знакомство не повод усложнять себе жизнь. Как я уже сказал, завтра Вы и не вспомните об этой встрече.

Дальнейшая дорога проходила в молчании. Дани не отрывался от вида темных улиц за окном и редких, проползающих мимо фонарей. Алистер неотрывно смотрел на бледный, точеный профиль омеги. Все черты лица его и даже яркие, огненные пряди волос казались безжизненными.

Остановившись при въезде на площадь, возница уточнил адрес. Точного дома Алистер не знал, но фамилия графа Роули, видимо, была известна, и экипаж проследовал дальше. Дани еще больше сжался на краю сиденья, когда в поле его зрения показался трехэтажный особняк из потемневшего от времени камня.

Он возвращался.

Как только экипаж остановился, из дома показался слуга и сбежал по ступеням вниз. Открыв дверь и заглянув внутрь, он громко охнул и поспешно скрылся в доме. Дани заметно потряхивало. Алистер отчетливо ощущал его дрожь, хотя внешне омега сохранял невозмутимое спокойствие. Чего ему это стоило, альфа мог только догадываться. Он чувствовал себя паршиво, привезя омегу сюда, но в его планы входило максимально сохранить репутацию Дани. Это было необходимо для любого из придуманных им вариантов развития событий. А для этого следовало забрать омегу из его родового, будь он неладен, особняка. Забрать. Решить вопрос. Завтра. А пока… Он в последний раз коснулся нежной щеки виконта, привлекая к себе его внимание.