Я задумался над ответом на ее вопрос, недоумевая: почему вообще решил ответить вместо того, чтобы убить ее на месте?

— Меня зовут Хендрикс Дрейвен, я родом из Мительнора в Ривенспайре, — сказал я. — А ты кто, замарашка? Свинка, решившая поваляться в земле?

Я сделал еще шаг к ней, и она вскочила на ноги, по-прежнему целясь палкой мне в сердце.

Она что, собиралась нанизать меня на вертел?

— Я — Фэррис Крид, — с нажимом сказала она. — Люди, с которыми я шла, погибли.

— Да, я вижу. Не переживай, в это самое время как раз рождаются несколько человек, которые с легкостью их заменят.

Взмахнув рукой, я показал на мертвецов, которых имел в виду. Мой холодный взгляд скользнул по ним и замер на лицах погибших фэйцев. Одного из них я узнал, и с моих губ сорвался удивленный вздох.

Джарта Кейджворт.

У него были мягкие каштановые волосы, губы, вечно изогнутые в улыбке и страсть смотреть на то, как его врагов пороли до тех пор, пока плоть кусками не отлетала с костей. Небрежная радость в нем никогда не вязалась с резкой жестокостью, которую он проявлял по отношению к тем, кто перешел ему дорогу.

Преступления, в которых он обвинял других, были просто смехотворны. Лишь духи могли помочь слугам, упорно старавшимся ему угодить. Впрочем, теперь они от него освободились. Да и я был весьма рад, что больше никогда не услышу его высокомерного смеха.

Остальные фэйцы были мне незнакомы. Они были младше меня, и может, родились уже после того, как я бежал из Ривенспайра.

— Тебе повезло, что ты пережила нападение Пустых, — заметил я. — Может, стайка Светлокрылых коснулась перьями твоих щек перед самым нападением, — я удивленно посмотрел вокруг, словно ожидая увидеть небольших духов, напоминавших птиц.

Считалось, что они даруют удачу тем, кто их встретит.

— Повезло? — прорычала она. — Мой друг погиб, — она показала на окровавленное тело мужчины, лежащее на земле, и я неохотно взглянул на него.

— Какая жалость, — сухо ответил я.

— Пошел нахуй, — прошипела Фэррис.

Мои брови поползли вверх, стоило мне заметить рядом с трупом человека амулет, лежавший на земле. На нем было вырезано изображение медведя. Наклонившись, я потянулся, чтобы подобрать его, но в мое запястье тут же вцепилась мягкая ладонь. Ногти впились мне в кожу.

Я удивленно посмотрел на девушку, а она закричала и вонзила палку мне в почку. Конечно, та сломалась, и я толкнул девушку предплечьем в грудь, так, что она упала на землю от силы удара.

— Это мое! — выплюнула она.

Я проигнорировал ее. У меня кружилась голова от восторга, что мне наконец удалось заполучить амулет. Он мерцал, как водная гладь, и поблескивал, как поверхность озера, на которую упали лучи солнца. Медведь был могущественным духом, так это воистину ценная находка.

Я надел амулет на шею, и стоило ему коснуться моей груди, как магия запульсировала у меня в крови. Она пронеслась по моим венам, словно бурная река, а в голове раздался рев Медведя, похожий на яростный шум водопада. Сила была невероятной, и амулет задрожал, будто с трудом удерживая то, что скрывалось у него внутри, но все же выдержал. Магия духов была древней, как само небо, рожденной из самой природы. И сам лес, как и все обитавшие в нем существа могли лишь склониться перед нею.

Моя человеческая прелесть вновь встала из лужи грязи и потянулась к амулету, но я резко остановил ее, схватив за горло и с легкостью подняв над землей. Глаза у нее выкатились, а смерть подобралась ближе, желая отобрать у меня добычу.

— Какая хрупкая, — заметил я, чувствуя, как жилка у нее на шее бешено колотится под моими пальцами.

Она не прекратила бороться и цеплялась за мою руку, ругаясь сквозь сдавленное дыхание. Даже попробовала сорвать с меня маску, чтобы увидеть лицо, будто это чем-то могло ей помочь. Я был похож на кота, поймавшего мышь. Всего одного удара зубами было достаточно, чтобы ее прикончить, но вместо этого я решил поиграть с добычей. Впрочем, возможно, тут крылось что-то еще. Нечто, что меня сдерживало. Будто ее сопротивление пробуждало во мне какую-то древнюю жажду, которой я пока не мог подобрать названия.

Справа от меня мелькнуло какое-то движение. Обернувшись, я краем глаза увидел среди деревьев огромные когти. Значит, поблизости был дух. Но стоило мне задержать на нем взгляд, как он вновь исчез в тени. Мне безумно хотелось пуститься следом за ним, но сумерки уже опускались на лес, и погоня могла привести меня к смерти. В голове пронеслась мысль, от которой я ослабил хватку на человеческом горле.

Дух что, пришел на ее крики?

Так-так. Это может оказаться полезным..

Я отпустил отбивавшуюся девушку. Она тяжело приземлилась на ноги, почти упав снова, но в последний момент успев сгруппироваться.

Я поймал ее за руку, сжав мягкие пальцы в грубой ладони.

— Я решил оставить тебе жизнь, — заявил я, притягивая ее ближе.

Я тонул в фиолетовых бурях ее глаз. Они были похожи на океан: спокойные и бесконечные в один миг, а в другой уже охваченные штормом.

— Для чего? — прошипела она, стараясь скрыть вспыхнувший во взгляде ужас.

Она понимала, что намерения у меня совсем не добрые.

— Чтобы ты составила мне компанию, — бесстрастно ответил я.

Девчонка злобно посмотрела на меня, безуспешно пытаясь вырвать руку из моей хватки.

— Пусти меня! — потребовала она, вновь начав отбиваться, но нее удары казались мне похожими на взмахи крыльев бабочки.

— Нет.

— Я никуда с тобой не пойду! — отрезала она.

— А я не спрашивал твоего согласия, — возразил я. Ее плечи слегка вздрогнули, но вырываться она не перестала.

— Я буду каждую секунду сопротивляться, — прошипела она.

— Вперед. Мне нет до этого дела, — я потащил ее вслед за собой. Она спотыкалась, но не падала благодаря тому, что я ее держал.

— Из-за твоих сородичей погиб мой друг, — прорычала она, царапая ногтями кожу у меня на ладони. — Я вас презираю. За это и многое другое. Я никогда не сдамся.

Обернувшись, я холодно и безразлично посмотрел на нее.

— Ты пойдешь со мной, светлокрылая, потому что уже темнеет, и тебе не захочется оставаться наедине с лесом в темноте. Лучше держись ко мне поближе, ведь если Деревья-Жнецы кого и боятся в этом темном и жестоком мире, так это меня.

— А я тебя не боюсь, — прошипела она.

Это была такая явная ложь, что захотелось рассмеяться.

Я улыбнулся под маской, зная, что девчонка этого не увидит, но она все равно побледнела.

— Еще как боишься. Впрочем, пока недостаточно. Потому что совсем скоро я стану твоим худшим кошмаром, Фэррис Крид.

Глава 11. Фэррис.

Фэец тащил меня по лесу, не обращая внимания на то, как я старалась оторвать его пальцы от своего запястья и упиралась пятками в землю.

Я обругала его и пнула по колену, но он лишь наградил меня злобным взглядом и потащил дальше.

Я не могла прочитать выражения на его лице, потому что глаза его были спрятаны под капюшоном, а нижняя часть лица — за маской. Но ничего не могло скрыть его гибкого, мощного, как у зверя, тела. Он был почти в два раза шире меня и выше настолько, что мне приходилось запрокидывать голову, чтобы посмотреть на него. Он был весь покрыт мышцами так, как ни один из виденных мною человеческих мужчин, и от одного его присутствия что-то сжималось у меня в животе, заставляя вспыхивать от раздражения.

Каждый мой инстинкт вопил, что нужно бежать от него подальше, что этот мужчина по сути своей есть лишь одно.

Охотник.

И мне было уготовано стать его добычей.

Перестав сопротивляться, я позволила ему утащить меня к деревьям, прочь от поляны и озера, где мой последний союзник встретил свою гибель.

Теперь я была здесь одна.

Смерть Колтона была жестокой. Подобно удару кинжала, она вонзилась в последний слой моего чувства защищенности, хоть оно и было лишь хрупкой иллюзией. Ведь конечно, я не была в безопасности рядом с Колтоном, каким бы сильным он не казался. И теперь мне придется в одиночку противостоять всему ужасам это места. Но возможно, это было и к лучшему. Я отправилась сюда, не ожидая получить помощь. Я пришла, чтобы забрать награду леса, и мне стоило проявить ради этого большую решимость.