А потом до неё дошло:

— А, так вы тот самый⁈ — она ткнула в меня огромным пальцем. — Герой, повеса и наглец?

Даша за моей спиной прыснула. А я так даже немного удивился такому набору эпитетов.

— Ну, описание, пожалуй, в некоторых чертах совпадает, — осторожно произнес я. — Герой, да. Не стану отрицать очевидного!

— Ха! — воскликнула виконтесса! — Так мы вас тут давно уже ждем!

Она несмотря на свои габариты двигалась легко, как белая акула в воде. Обогнула меня по кругу, прикидывая на глаз некие параметры и габариты.

— Ну ладно, ладно, это мы, пожалуй, перенесем, — пробормотала виконтесса под нос. — Это мы сможем пережить. Кое-что поправим и сможем пережить…

Она посмотрела на моих спутников:

— А это кто? Свита?

— Ага, — осторожно отозвался я. — Она.

Вову виктонеса окатила моих спутников взглядом, полным хорошо различимой жалости:

— Ну, бывало и хуже.

Задрала голову оценив рост едва не подпирающего потолки Макса.

— А вот этого можно немного укоротить? — уточнила виконтесса. — Я не уверена в достаточной высоте некоторых дверей. Нельзя? Какая жалость. Нарушает пропорции, нарушает… Ну, ладно, переживем.

Она резко обренулась к Даше:

— А это у нас кто? Телохранительница? Наложница? Секретарша?

— Жена, — ответил я, чем заслужил благодарный взгляд Даши.

— Так, а с этим посложнее будет, — задумчиво потерла могучий подбородок виконтесса. — Но тоже что-нибудь придумаем. Ой, милочка, а что это на вас такое интересненькое надето? Гербы модного дома эрцгерцогини Иоланты? Но я в курсе всех её последних работ, и такого что-то не припомню. Неужели лимитированный эксклюзивчик?

— Так это он и есть, — улыбнулась Даша. — Последняя коллекция, еще не представленная. Прямо с примерки.

— Офигеть! — потрясенно воскликнула виконтесса. — Вот это поворот! Все же от зависти сразу подохнут! Милочка, вы появитесь в свете в этом и только в этом!

Но тут их милое воркование прервали самым грубым образом.

— А это ещё тут кто, черт подери! — услышал я за спиной бешеный рев. — Какого черта вы сюда приперлись, заразы? Я тут первый был!

Вот блин. Кажется мы все-таки нарвались на неприятности.

Здоровенный мужик в придворном камзоле мчался на нас по коридору диким несокрушимым кабаном с явным намерением мокрого места от нас не оставить.

Ну, понеслось.

Глава 11

Новая коллекция

— Опять он! — воскликнула виконтесса и без лишнего трепа бросилась обратно в двери своей приемной. — Меня нет ни для кого!

И захлопнула за собой створки, оставив нас с её проблемой один на один. Ну охренеть теперь!

— Голубушка! — заорал набегающий на нас огромный мужик. — Куда же ты? На кого ты меня покидаешь? А как же я?

Че блин?

А мужик бросился на колени под дверь, словно перед алтарем и заколотил в нее пудовыми кулаками, задушено шепча:

— Настенька, голубушка, это же я!

Я отпустил горлышко тёмной бутыли, которой всерьез собирался бить мужика по голове, оставив в кармане мой последний довод. Его время видать еще не пришло.

— Настенька! — простонал мужик у двери. — Поговори со мной!

— Подите к черту, сударь, — выкрикнула виконтесса из-за дверей. — Вас много, я одна!

Ну, как бы и не поспоришь… Нас тут нынче много собралось.

— Ну, Настенька! — мужик натурально начал биться головой об дверь!

Мы переглянулись с Дашей. Я пораженно покачал головой — вот это экспрессия! Вот это жизненная драма. А я то думал, что уже все на свете видел!

— Послушайте, любезный, — произнес я. — Не надо так убиваться, вы же сейчас так реально убьетесь.

Мужик, замер, видимо только осознав что он тут все-таки не один.

— А вы кто такие? — окрысился на нас мужик резко обернувшись. — Вы чего сюда приперлись? Чего вам надо?

Жизнь некоторых точно ничему не учит.

— Сделаем на первый раз скидку, в явном же состоянии аффекта, человек находится, — улыбнулся я встревоженной Даше. — Очевидная же история неразделенной любви.

— Чего? — вскинулся мужик, но я прервал его приложив палец к своим губам:

— Тс-с-с! Тише, сударь. Тише. Я сделал вам скидку. Но только один раз, сударь, и только сейчас. Это первый и единственный раз. Запомните это. Ваш лимит на хамство только что был необратимо исчерпан, поэтому с этого момента, тщательно выбирайте слова, ведь то, что вы сейчас скажете, может необратимо разрушить вашу жизнь.

Мужик вразвалочку, как медведь, вылезающий из берлоги, поднялся на ноги, приблизился и, падла такая, оказался чуть выше меня. Ну да ничо, чем шкаф больше, тем грохот громче. Сколько мы таких уже видали.

Но я очень не люблю, когда надо мной так вот нависают. Это будит во мне основной инстинкт охотника-собирателя, хочется сразу соорудить рогатину, спустить с него такого бурого шкуру и к стенке прибить. Или на пол перед камином бросить, тут уж под настроение.

Мужик, видать, вполне ясно различил в моем взгляде сей нехитрый хозяйственный интерес и малость охолонул. Вот и ладушки. Целее будет.

— Всегда приятно иметь дело с разумным человеком, — оскалился я ему в ответ. — А теперь можно и познакомиться. Принц-кавалергард Иванов.

Так. А вот что я сейчас не то сказал? Глаза мужика буквально только что осмысленные мгновенно снова налились кровью!

— Так это ты! — зарычал, мужик протягивая ко мне свои руки лопаты.

Да чтоб тебя. И это в первый же день!

Но между нами вдруг оказался Труффальдино и заявил развел руки в стороны:

— Прекратить! Во Дворце недопустимы физические столкновения участников Системы Наследования.

— Ну ты попробуй, останови его, — усмехнулся я, вставая в боевую позицию.

— Да! — взревел мужик! — Ты только попробуй, поганая железяка.

Его занесенный кулак охватила сияющая голубая сфера, и он так долбанул беднягу Труффальдино по башке, что аж обломки во все стороны брызнули, и робот врезался бы в меня, если бы не вовремя подставленный мной микрощит, от чего бедолагу грохнуло об пол так, что голова у него напрочь отлетела.

Полетели клочки по закоулочкам!

— Герцог Сур, — устало произнесла голова Труффальдино, — За повторное повреждение дворцового имущества вы снова оштрафованы на полтора миллиона имперок.

— Да подавись ты! — прорычал бешеный мужик. — Списывай сразу три! Я только разогрелся.

— Бешеный герцог Сур, — ухмыльнулся я. — Я мог бы догадаться.

— Иванов! — скривился Сур. — Я тебя, выскочку, сразу узнал!

— Выскочка, вот так, значит? — оскалился я. — Выбирайте выражения осторожнее, герцог, и подешевле, я же вас по-хорошему предупреждал. Тремя миллионами вы тут уже не отделаетесь.

И с удовольствием я наблюдал, как этот тип потерялся на ровном месте так, что и слов в ответ не мог собрать.

— Я не понял, — собралась, наконец, с мозгами эта туша висцерального жира. — Ты с меня тут рассчитываешь что-то поиметь?

— Я рассчитываю на сатисфакцию, — хладнокровно ответил я. — И я её поимею, так или иначе.

— Ладно, — оскалилаись эта злобная туша. — Ты сам этого хотел. Завтра, в это же время. На поле для сервобола. Приходи. Посмотрим, из чего ты сделан.

— Замётано, — оскалился я в ответ. Серворез и так серворез. Давно я не занимался этим видом спорта, но ручки-то помнят, я тебя ещё удивлю до потери пульса, окорок.

— Не обломайся, — бросил Бешеный Сур.

Развернулся и свалил за горизонт, видимо, опасаясь услышать ещё что-то обидное.

— Ну, вот и познакомились, — пробормотал я, глядя ему вслед. — Итого — знаю уже троих из нас, пятерых…

— Он ушёл? — донеслось из-за запертых дверей в покои виконтессы.

— Ушёл-ушёл, — буркнул я. — Да и мы, пожалуй, пойдем. Полдник удался шумным.

— Подарки можете оставить у дверей, — бросили из-за дверей.

Ого! Какие мы нынче самоуверенные!

— А вот это уже вряд ли, любезная виконтесса. — усмехнулся я закрытой двери. — Но вот как меня устроит. Сначала договоренность, железная, непробиваемая. Броня. А вот подарочки сразу после. Потом.