— Чёрт с ним, я бы даже принял кандидатуру этого самого Леонова-Полевого. Но вам не кажется всё происходящее странным?
— Кажется, — кивнул Черепанов. — Всё выглядит как голосование под принуждением, вот что я вам скажу! Я точно буду голосовать за вас.
На последнем перерыве мне буквально сразу же, в дверях зала на шею повесилась малознакомая баронесса Анциферова, местная, с Орхидеи-Пангейской. И на ухо что-то прошептала, я не разобрал, что именно. Молодая, остроглазая, крутобокая — всё, как я люблю.
Ну, точнее, любил. Сейчас-то я люблю Дашу, а она хоть и держалась на всех перерывах на всякий случай обособленно — взглянула на это с явным неодобрением. Потому баронессу я поспешил себя от себя отцепить, а тут и сервы на нас накинулись.
— Ты наш спаситель! Александр! Я хочу ребёнка от тебя!
— Обойдётесь, миледи, — усмехнулся я.
А затем, когда её уже осторожно отводили в сторону, я поймал её неожиданно-тяжёлый и грустный взгляд, и прочитал по губам.
«Спаси нас»…
Вот так вот. Значит, действительно кто-то угрожает. И кто бы это мог быть, из моих недругов?
Ну, недругов у меня даже при текущем раскладе может оказаться достаточное количество. Во-первых, местные пятнадцать процентов, бывшие друзья Лисовского-Леонова. Хотя они, как мы видим, скорее, жертвы, чем сами источники агрессии. Во-вторых — не надо забывать про двух суперадминистраторов. Но для них запугивать местных дворян — слишком мелко.
Ну, и в третьих.
Да, в третьих.
«Октавия, как у нас успехи с поиском нашего преступника всепланетарного масштаба?»
«Какого из, господин рыцарь?»
«Церберова, конечно!»
«Пока безрезультатно, господин рыцарь. Оперативная группа за последние сутки нашли ещё две базы их террористической ячейки, но были покинуты, внутри были три серва-кирпича».
«Кирпича» — это значит, что их мозг «закирпичили», выжгли или вируснёй, или физически при отстутплении.
«Ясно, придётся ловить на живца. Октавия, дай-ка новость по всем местным новостным лентам — дескать, граф-регент, адмирал Иванов планирует сегодня поздно вечером посетить места размещения беженцев в Тропическом Регионе, пострадавших в ходе ядерной перестрелки. И место помноголюдней заранее найди, пригони туда людей, пусти слух среди них, что я буду…»
«Это же опасно!»
«Выполняй, Октавия. Хочется уже разворошить этот чёртов курятник…»
В конце дня я посчитал голоса.
Двадцать человек были за меня, двадцать шесть — против, и все из них, кроме одного герцога и Серафимы Корицкой — это бароны и графы Помпады и других ближайших планет.
Вышеупомянутая княжна, бойкая бабулька, догнала меня в дверях фойе, втиснулась в ряды моей свиты и начала
— Александр! Я понятия не имею, что тут происходит… Я думала, что за Андрея проголосуют ну два, ну три человека… а тут… Я вот что вам скажу — он тут точно не причём! Он бы не стал никого подговаривать, вот так… Я-то его знаю, я уверена, что он не будет прибегать к таким методам…
— К каким-таким методам, ваша светлость? — уточнил я.
— Ну… известно к каким! Письма с угрозами!
— Ах, да. Уверен, что он не станет. Прошу меня простить, я вынужден вас покинуть.
После окончания я совершенно незаметно и неожиданно для моих сопровождающих вынырнул из коридора безопасности к челночному, организованного для участников Собора, вышел из здания Ассамблеи в компании с двумя гиацинтовыми из личной сотни и сел в бронированный челнок, припаркованный на служебной стоянке.
— Саша, ты куда! — совершенно не по-регламенту спросила Даша, выбежавшая вслед за мной в компании с Эльзой и парой боевых горничных Иоланты. — Я думала, мы вместе в эту гостиницу беженцев полетим.
А репортёрские дроны, зависшие в паре десятков метров, разумеется, всё это фиксировали.
Вот это — незадача, конечно. Это не по плану. Ну, я Даше о своём плане «ловить на живца» и не рассказывал. Думал — один смотаться, чтобы безопаснее было. Она бы точно это не одобрила, сказала что-нибудь про недолеченную спину, и в этом роде.
И в итоге она и меня, и себя очень подставила. Чёрт. Вот же, нет привычки следить за дронами-репортёрами, и Октавия не поотрубала лишние… Ну и вот что мне с этим всем делать?
— Даша, я скоро. Тут одно дело… дипломатическая работа.
— Ах, дипломатическая… — с потускневшим взглядом сказала Даша. — Всё ясно. Я думала…
— Надо. Для голосования надо. Видишь, как всё идёт. Я скоро.
Уж она-то помнит, какие-такие дела на заре наших отношений я называл дипломатической работой. Один её результат уже родился, второй — родится через четыре месяца. Ох, как я не люблю ей врать! Особенно на такую тему, даже несмотря на то, что изменять я ей вовсе не планировал.
Ну и как теперь разрулить ситуацию?
В дверях челнока я бросил:
— Знаешь, а ты пообедай пока что где-нибудь в столичном регионе. Там ресторан хороший есть. Только чтобы было где-нибудь по-безопаснее. А то мало ли что.
— Ясно. Хорошо! Понятно! — резко ответила Даша и зашагала внутрь.
А я, усевшись в челноке, полетел в Тропический регион, настрачивая ей сообщения с пояснениями.
«Значит, охота на живца⁈ — сказала она. — Ты серьёзно?»
«Ага».
«И ты думаешь, что это сработает?»
«Уверен. Место подобрано очень хорошо. Отличное место для ловушки будет».
«И со мной не посоветовался… Я же чуть всё не испортила. Ладно. Я сейчас всё исправлю»
И она же, блин, действительно исправила. Замолчала на полчаса, а потом, когда мы уже готовились к посадке в Тропическом регионе, прислала сообщения со ссылками на новостные ленты.
«Баронесса Юго-Восточно-Герберская Дарья Семёновна Крутова, которую неофициально называют тайной супругой Александра Иванова, отправляется посетить со свитою гимназию благородных девиц».
«Даша, ну ё-моё, не могла получше места найти⁈» — возмутился я, посмотрев место по карте. — «Ну это же какой-то край географии. И что мне теперь делать? Поворачивать?»
«Да, может, мы сами справимся!»
«Вот делать вам нечего».
Мы приземлились в упомянутом центре беженцев. И действительно посетили несколько семей — правда, очень-очень быстро, и на бегу. Вышло в лучших традициях масс-медийных картинок политиков, готовящихся к какому-то серьёзному голосованию. Из подозрительного я заметил пару мутных силуэтов на крышах домов, выждал на открытой площадке, на которой приземлился челнок, в районе десятка минут, попивая свежепринесённый тропический чай в биоразлагаемом стаканчике'.
Но ничего не произошло. Церберова-Дубского здесь не было.
А значит — он был где-то в другом месте. И когда я уже допил свой тропический чай, прыгнул в челнок и скомандовал пилоту:
— Гони! — вот тогда пошли сообщения с новостных лентах.
«Посещение благородных девиц пошло не по плану»
«Планетарная гвардия бьёт тревогу — баронесса взята в заложники»
«Громкие заявления от главы „Общества Свободной Герберы“»
А следом получил довольное сообщение от Даши:
«Получилось! Он клюнул!»
Что ж, этого следовало ожидать. Многоходовка. Кто кого перемногоходовит.
И вот всё бы ничего, даже хорошо это было, что мы это предопределили и переиграли, угадали его намерения. Только вот не нравилось мне, что Даша была там — а я здесь.
Заявления действительно были громкие. На кривом трясущемся видео была видна рожа Якова Церберова-Дубского в космодесантном скафандре, который держал кого-то изгибом бронированного локтя за шею.
— Ну что, вот ты попался, мерзкий имперский рыцарь. Теперь ты познаешь всю боль и мощь угасшего рода Церберовых! Думал, обведёшь меня вокруг пальца⁈ Уж я-то знаю, кто твоя настоящая любовь. Теперь она у меня в руках. Только попробуй теперь не явится ко мне на серьёзный разговор.
Ну вот зачем⁈ Куда она полезла!