О, они определенно серьезные, — напомнил мне голос в голове.

Да. Пожалуй, так и есть.

И я почти уверена, что это отношения.

Я вздохнула, прикусив губу: полагаю, в какой-то степени это тоже было правдой. Я понятия не имела, как долго продлится наше горячее маленькое соглашение, или как быстро парням наскучит мое общество, когда родится ребенок и они будут заняты совместным воспитанием. Но то, что у нас было прямо сейчас? Черт, я бы не променяла это ни на что на свете.

— Раздевайтесь, — властно сказала я им.

Джошуа потянулся к своей футболке и вопросительно посмотрел на меня; я кивнула.

— Штаны. Боксеры. Все.

Некоторых парней могло бы немного смутить переодевание рядом друг с другом на одном диване, но только не этих: они чувствовали себя в своей тарелке, им было настолько комфортно быть голыми друг перед другом, что сразу становилось ясно — они делали это всю свою жизнь. В армии, по-видимому, не было места скромности.

— Что теперь, госпожа? — сардонически бросил Эван; не отрывая от меня глаз, он сделал большой глоток виски.

— Теперь ты будешь сидеть там и смотреть, как я отсасываю твоему другу, — самодовольно ответила я. — Это твое наказание за то, что ты умник.

Я подошла к нему, всем своим видом устраивая настоящее представление; на мне был тугой черный корсет, который заканчивался прямо под моей обнаженной грудью: он великолепно приподнимал ее, и мои открытые соски были красиво округлившимися и уже затвердевшими.

Наклонившись, я ткнулась носом прямо в нос Эвана: мои волосы упали ему на лицо; мои руки скользнули вниз по его гладкой голой груди, обводя его собственные соски кончиками пальцев, пока я злорадно посмеивалась.

— Ты хочешь меня? — спросила я.

Его ответом было движение навстречу, чтобы поцеловать меня: как бы сильно я ни хотела утолить собственную жажду об его полные, восхитительные губы, я вовремя отстранилась.

— Что ж, тебе придется подождать, — горячо поддразнила я его. — Сначала я займусь твоим другом.

С этими словами я развернулась, предоставляя ему полный обзор на мою обтянутую стрингами задницу; тесемочка была крошечной: я искала что-то с открытым доступом, но эту штуку можно было так легко сдвинуть в сторону, что это не имело особого значения.

На мгновение втеревшись задницей ему в пах, я насладилась ощущением его растущего стояка: Эван бережно прижимал к себе стакан с виски, стараясь не расплескать его, пока я медленно вращала бедрами, ввинчиваясь в его бедра. Я чувствовала, как он становится больше. Тверже…

— Ты собираешься возбудить для меня эту штуку? — я кивнула Джошуа. — Или мне придется сначала трахнуть его?

В защиту Джошуа могу сказать, что он уже почти полностью возбудился, но его растерянный взгляд — и та скорость, с которой он схватил себя за член, — были абсолютно уморительными, и я едва сдержала смех.

— А… вот так-то лучше.

Его сильная правая рука обхватила растущую толщину, и странное чувство удовлетворения накрыло меня от того, что он послушно сделал, как ему сказали; наблюдая, как он поглаживает его вверх и вниз, я почувствовала покалывание по всему телу.

Подмигнув Эвану через плечо, я сползла с его колен и опустилась на свои; затем я проползла между ног Джошуа, лизнула его от основания до головки плоской стороной языка, а затем опустила рот на самый верх, отчего он издал долгий, удовлетворенный выдох.

— Мммммм… — промурлыкала я.

Вниз, все ниже и ниже, пока он не оказался глубоко в моем горле: следующие несколько минут я отсасывала ему, как порнозвезда, пуская в ход все уловки и демонстрируя каждый трюк; я делала все, чему научилась за годы удовлетворения бывших парней, а также то, что видела только в фильмах, которые слишком непристойны, чтобы упоминать их вслух.

К тому моменту, как он кончил, я уже поглаживала Эвана свободной рукой; задница Джошуа оторвалась от дивана, когда он взорвался ревом удовольствия, заливая заднюю стенку моего работающего, сосущего рта. Толчок за толчком, он наполнял меня таким количеством своего горячего семени, что я едва могла все это проглотить — но каким-то чудом я все же справилась.

— Ты порочная, очень порочная женщина, Куинн.

Эти слова принадлежали Эвану; Джошуа в этот момент, во всяком случае, был не в состоянии говорить.

— Да, так и есть, правда?

Я оторвалась от его друга ровно настолько, чтобы поцеловать головку его члена, и одновременно подмигнула Эвану; затем я вылизала Джошуа дочиста, ни на секунду не разрывая зрительного контакта с Эваном.

Черт, это так охуенно горячо.

Я была с ними уже столько раз, но этот был особенным: обычно я была покорной, горячо принимающей, их абсолютной игрушкой; обычно я просто раздвигала ноги, улыбалась и подначивала их.

Но сегодня вечером, по какой-то причине, мне доставляло удовольствие брать контроль в свои руки.

Эван потянулся ко мне, и на этот раз я подошла: он попытался усадить меня к себе на колени, но я оттолкнулась от его груди и покачала головой.

— Нет, — поддразнила я. — Во всяком случае, пока нет, — мой взгляд опустился ему на пах. — Сначала… вот это. А потом ты получишь вот это.

Я указала на свое тело, словно ассистентка в телешоу, демонстрирующая один из главных призов; Эван пожал плечами, откинулся назад и сцепил пальцы за головой.

Я усмехнулась, опускаясь на колени между его большими, мускулистыми бедрами.

— Хороший мальчик.

Теперь настала очередь Джошуа смотреть, как я даю его другу то же самое, что только что получил он сам, и будь я проклята, если на этот раз я не справилась еще лучше. Эван стонал и рычал, зарываясь пальцами в мои волосы; я взяла его руки и положила их себе на грудь, чтобы он мог разминать ее, пока я ему отсасываю — с Джошуа это ощущалось просто потрясающе, и я хотела того же.

Однако прямо сейчас Джошуа уже был позади меня и тянул за мои стринги.

Блядь, Куинн.

Что-то на задворках моего сознания выругалось в мой адрес, и по тону было неясно, шок это или восхищение.

Просто… посмотри на это…

В своем воображении я ясно видела эту сцену: я на коленях, в самом шлюховатом нижнем белье, которое у меня когда-либо было; отсасываю одному парню, пока его друг смотрит и играет с моей задницей. В моем животе уже был один теплый заряд, и я собиралась получить еще один. После этого я планировала взять их обоих за руки, отвести наверх, а затем затрахать их до потери пульса.

— Медленнее… — услышала я шепот Эвана; его твердое тело внезапно напряглось от возбуждения. — Медленнее… глубже…

Я замедлилась, а затем уткнулась лицом ему в живот, забирая его до самого основания, плотно сжав губы; мой язык скользнул по нему, а его руки вернулись к моим волосам, где сжались в кулаки до побелевших костяшек.

— ОмојебаныйБОГ—

Эван кончил с такой силой, что чуть не выдрал мне волосы, но я даже не расстроилась: это было тааааак горячо! Было невообразимо сексуально чувствовать, как он извергается прямо мне в горло, полностью минуя рот, пока я изо всех сил старалась не подавиться его пульсирующим, дергающимся членом.

Мне нравилось их обслуживать; мне нравилось, когда они тянули меня за волосы; мне нравилось дарить им хотя бы малую толику того удовольствия, которое они дарили мне — эти мужчины, которые приняли меня под свою крышу, под свою защиту и сделали для меня так много.

Эти мужчины шли мне навстречу во всем: они уважали меня, они лелеяли меня; они поощряли меня следовать за своими мечтами, а затем даже помогли воплотить эти мечты в реальность — так быстро и решительно, что я и мечтать не могла сделать это сама. Не сейчас. Не после того, как они у меня появились.

Ты их любишь.

Да! Я действительно любила этих мужчин; как единое целое, как команду. Но и как отдельных личностей тоже.

И это нормально.

Медленно я отстранилась от опустошенного достоинства Эвана и опустилась на пятки: я посмотрела на него затуманенными глазами и увидела в его лице похоть, но вместе с тем и восхищение; я видела уважение в этих сине-зеленых глазах. И даже обожание.