— Спарринг с тренером? — удивился Темников.

— Ты всё верно понял, — ответил я.

Подозвал саламандру. Искорка словно ждала этого, ловко выскочила вперёд, выпуская из ноздрей тонкие струйки дыма.

Живчик заскулил в сторонке, но я его успокоил. Он выйдет, но чуть позже.

— Более того, — я усмехнулся, глядя в глаза бывшему мажору. — Я дам тебе фору. Искорка не будет стрелять огнём.

Темников удивлённо вскинул брови, но тут же криво усмехнулся, принимая боевую стойку. Пушистик запищал, словно засмеялся, посматривая сверху вниз на Искорку.

— Не здесь, вон туда, — указал я в центр зала.

Мы с Василием расположились в пяти метрах, друг напротив друга. Впереди наши фамильяры.

Контраст был разительным. Я спокойный, с крохотной саламандрой, замершей у ног. И ухмыляющийся, напряжённый как струна Темников со своим перекачанным Пушистиком, переминающимся с лапы на лапу.

Василий подошёл ко мне.

— Может, не надо, тренер? — тихо произнёс он, так, чтобы его слова слышал только я. — Упадёшь сейчас перед командой, и авторитет потеряешь. К тебе будут относиться по-другому.

— Не упаду, — холодно произнёс я.

— Сразу предупреждаю. Мой Пушистик не умеет работать вполсилы, — Темников продолжал пристально вглядываться в меня. — Я же о тебе беспокоюсь.

— Ты о себе переживай, — улыбнулся я. — У тебя есть главная слабость. И это высокомерие. Сейчас я тебе это докажу. В стойку.

— Хм… Высокомерие, значит… Как знаешь, я тебя предупредил, — пожал плечами Василий, отошёл, занимая своё место.

Белов уже подошёл, с пустым алюминиевым ведром и молотком в руках. Поднял свой импровизированный гонг.

— Дон-н-н-н! — разнеслось по залу.

Звук потонул в диком визге Пушистика.

Перевёртыш сорвался с места с невероятной скоростью. Он прыгнул прямо на Искорку, раскрывая лапу. Хочет ухватить её?

Но мы были готовы. Искорка всё сделала идеально. Скользнула вправо, ушла с линии атаки. Затем широко раскрыла пасть и, вместо огня, выплюнула плотную пелену густого сернистого дыма.

Дымовая завеса повисла облаком. Кролик влетел в неё. И в этот же момент я моментально сократил дистанцию. Шагнул в облако, которое уже рассеивалось и хладнокровно встретил перевёртыша.

Пушистик заметил меня в последний момент, когда его морда нависла надо мной. Глаза мутанта расширились.

Завесы уже не было. Но она уже сыграла свою роль.

Кроль попытался сбить с меня броню, взмахнул лапой. И я применил «маятник». Оказавшись сбоку, совершил одно выверенное до миллиметра движение.

После чего у довольного Темникова улыбка слетела с лица и глаза выпучились как у филина…

Глава 11

Оказавшись сбоку от кроля, я сложил три пальца и сделал хлёсткий выпад, называемый в кругах профессиональных гладиаторов как «укус кобры». И ударил туда, куда и было нужно.

У таких массивных перевёртышей есть одно слабое место. Не все Проводники о нём знают. Да что там говорить — единицы.

Точка сплетения эфирных энергоузлов, расположенная в миллиметрах от Ядра. Именно этот пульсирующий узел в районе солнечного сплетения запускал и поддерживал метаморфозу перевёртышей. Главное было добраться до этого узла раньше, чем питомец поймёт, что происходит. И я добрался.

Ударил «броском кобры».

Раздался странный, щелчок, будто я нажал кнопку на старом телевизоре, перещёлкивая каналы.

Пушистик смешно по-поросячьи взвизгнул. Его мускулатура мгновенно обмякла, кости с хрустом начали складываться. Кроль упал на резиновый мат и… уменьшился до размеров декоративного кролика.

В наступившей тишине тренировочного зала я подошёл к дёргающемуся белому комку, поднял его за длинные уши. Кролик пищал, моргал глазами, протягивал короткие лапки к моей руке, пытаясь дотянуться до неё.

— Обращение! — в панике завопил Темников, не веря своим глазам. — Быстро! Фас! Ты боевой кроль, твою мать! Порви его!

Но белый комок продолжал жалобно пищать и дрыгать задними лапками, даже не думая трансформироваться обратно.

Я сделал два шага, вплотную приблизившись к застывшему Василию.

— Угомонись, Темников, — я сунул кролика ему в руки. — У него временно заблокированы энергоузлы. Нет энергии — нет трансформации. И ещё…

Я сделал неуловимо быстрое движение рукой и с треском сорвал с плеча Василия наплечник.

— … Ты проиграл.

Фиаско Темников пережил очень болезненно. Вся его спесь, лоск элитного гладиатора, злобная радость испарились будто по щелчку пальцев.

Василий побледнел как полотно, машинально прижимая к груди трясущегося Пушистика. Взгляд его потух, плечи поникли. Я наглядно показал ему, что грубая сила, помноженная на раздутое эго и лишённая тактики — очень удобная мишень для тех, кто знает куда бить.

— Ты нашёл энергоузел? Как ты это сделал, тренер? Откуда?.. — выдавливал Темников.

— Слишком много вопросов, Темников, — хмыкнул я, подхватывая довольную Искорку. — Иди к команде. Вон, тебя уже встречают. С почестями.

Темников скривился, отправился к остальным Проводникам.

— Как броня слетела, сразу стал человеком, — хлопнул его по плечу Ветров.

— Надо было не стебаться, а голову включить — ехидно заметила Лера.

— Ага, сам же напросился, — добавила Савельева.

— Я мог бы выиграть, — буркнул им Василий. — Просто не думал…

— Артур Викторович уже таких обламывал, — довольно улыбнулся Костя. — Были у нас в гостях два элитных гладиатора…

— О да, помню, — хохотнул Дэнни.

Я захлопал в ладоши, привлекая к себе внимание.

— Итак, спарринги! Переходим к ним! — объявил я во всеуслышание.

Затем я вывел Живчика, решив, что теперь ему пора размяться. Провели поединок с тандемом Соколовой. В целом варан держался долго. Такую массу остановить терьеру было непросто. Тем более Лера вовремя командовала и Бублик реагировал незамедлительно. Будто пытался взять реванш за проигрыш Пушистику.

Но Живчик всё же вошёл в раж, и поймал варана в кольцо мини-смерчей. Закрутил его, поднял и аккуратно опустил на спину, на маты позади питомца.

А чуть позже я посидел на скамейке. Наблюдая как проходят спарринги между тандемами. Белов уже командовал парадом, контролировал процессы, хотя без свистка. То ли забыл его у себя в кабинете, то ли потерял, впрочем, не удивлюсь и второй версии.

Темников подошёл ко мне. Он неуверенно переминался с ноги на ногу, словно школьник перед директором.

— Отличный был бой, тренер, — услышал я сбоку от себя голос Василия. Он подсел поближе и в его взгляде уже не было того напускного снобизма.

— Хочешь дам пару добрых советов? — взглянул я на него.

— Да, буду только рад выслушать, — подобрался Темников.

— Всегда думай, что говоришь. Каждое слово выбирай, — подчеркнул я. — И если ты в команде, будь с командой. Наравне, а не выше неё.

Темников обмозговал мои слова, затем нехотя кивнул.

— Я всё понял… Слушай, тренер, — Василий опустил взгляд, куда-то в пол. — Пушистика бы устроить в вашу вольерную. А то он замучался скакать по платным вольерным Питера. Там тесно. Клетки крошечные. Да и по деньгам дорого выходит. От постоянного шума он звереет, нервничает и больше жрёт.

Я кивнул, понимая, что животное ни в чём не виновато, и кролику действительно нужен покой перед дуэлями Бронзовой Лиги. Хоть его тандем и в резерве, всё же этот резерв я считаю горячим, всегда должен быть в тонусе.

— Без проблем. Места у нас хватает, — одобрил я. — Иди к охране на пост, скажи, что я разрешил. Пусть выдаст ключи от крайнего бокса. Он пустой.

Василий благодарно выдохнул, но тут же напрягся, теперь посмотрев на входные двери зала.

— А с Кирой?.. С ней не будет проблем? — аккуратно спросил Темников. — Как она вообще восприняла? Ну, то, что я в составе команды.

Я вспомнил утренний скандал с Воронцовой, хмыкнул.

— Терпимо, — дипломатично ответил я. — Просто не попадайся ей на глаза, и не давай поводов.