По пути я набрал номер Альберта Васильевича Пронина. Владелец «Молнии» судя по голосу, уже сидел на серьёзных успокоительных. Он протяжно выдохнул, узнав, что груз и его люди целы и едут на базу.

— В том что случилось вы не виноваты, Артур Викторович. Это всё же моя оплошность, — горько признался Пронин. — Хорошо, что всё обошлось. В следующий раз приставлю к грузу вооружённую охрану.

— Хорошее решение, Альберт Васильевич, — оценил я. — Очень хорошее.

Спустя полчаса фура с вольерами медленно и тяжело рыча двигателем вползла на территорию базы «Огненных львов».

Водитель заглушил мотор, затем они с помощником начали выгружать массивные металлические блоки и экранирующие панели на спецплатформы.

Несмотря на недавний шок, рабочие «Молнии» отказались ехать в больницу. Их бегло осмотрела Полина, выдала успокоительное, намазала лечебной мазью ссадину на голове пожилого водителя, которого звали Анатолием.

— К завтрашнему утру, к комиссии, всё будет готово, — поклялся пожилой бородач, энергично разминая шею. — Мы с Шуркой сейчас такой темп зададим, что заводская сборка обзавидуется. Скоро ещё монтажники приедут. Экранирование будет идеальным, ни одна мышь не профонит.

Я благодарно кивнул, оставил их разгружаться. Лишь показал, где у нас вольерная, и куда устанавливать модуль.

Сам же отправился в холл, чтобы налить себе стаканчик кофе. Денёк выдался жарким, надо бы немного отдохнуть.

Попадая в холл, я услышал смех Родионыча. Старик сидел перед мониторами, а увидев меня, активно замахал мне рукой, подзывая ближе.

— Артур Викторыч, идите сюда! Послушайте, это же песня! — старик указал на динамик, подключённый к компьютеру. — Я ж незаметно жучок в карман одному закинул.

Из динамика доносились приглушённые голоса, звук мотора и лязг наручников.

— … Чтоб я ещё когда-нибудь связался с этими гильдиями, — стонал кто-то сиплым голосом. — Да ну нахрен такие контракты.

— Свяжешься, как миленький, если босс прикажет. Куда ты денешься с подводной лодки, — огрызнулся второй голос, более грубый.

— Да плевать мне на его деньги, Русик. Мне жизнь моя дороже, — не унимался сиплый.

— Да там все непростые, не только эти питомцы, — подал голос третий, басом. — Эти черти нас как-то быстро уложили. У них же реакция, и моргнуть не успеешь. И стволы явно не в охотничьем куплены.

— Кажется, наш Рома забыл, что такое «застать противника врасплох», — язвительно заметил сиплый.

— Заткнитесь! Главное теперь не сесть по полной, — рявкнул Русик. Послышалась возня. — А ну-ка… Тоха, у тебя же не отобрали браслет, тот, со сканером. Просвети им меня… Да, вот, возле моего бедра. Слышишь пищалку?

Раздался характерный высокочастотный писк сканера частот.

— Жучок. А х ты ж твою маковку! — выругался Русик.

В динамике раздался хруст пластика. Связь мгновенно оборвалась, сменившись ровным белым шумом.

Родионыч откинулся на спинку скрипучего кресла, потёр руки.

— Лихо мы их! Ох, как же мне нравится работать здесь охранником, Артур Викторыч! Прям вторую молодость обрёл!

Семён, сидевший рядом и невозмутимо протиравший детали разобранного пистолета промасленной ветошью, кивнул.

— Не то слово. Прям как…

Он внезапно осёкся, поймав мой внимательный взгляд, громко закашлялся.

— … Как тогда, ну… помнишь, Христофор Родионыч, где мы охраняли этот… сталелитейный завод!

Родионыч сориентировался быстро, начал активно подыгрывать, прищурившись.

— Ага! Точно! На сталелитейном заводе было очень жарко! И жулья там было, ага… Металл всё воровали! Вагонами тащили, а мы их ловили! Опасная была работа!

Я мысленно закатил глаза, делая глоток кофе. Спецназовцы и диверсанты из них были действительно от Бога, а вот актёры — так себе.

Но выводить их на чистую воду я по-прежнему не собирался. Их прошлое — это их дело, главное, что в настоящем они спасали гильдию.

Оставив охранников ностальгировать по выдуманной работе на заводе, я вернулся в кабинет, допил кофе и бросил взгляд в окно, которое выходило на плац.

Артём Сергеич сидел в стороне, объявив очередной перерыв. Команда отдыхала от очередной силовой тренировки.

«На сегодня занятия закончены. Можете отпускать команду», — отправил я сообщение Белову.

Тот полез в карман, взглянул на экран своего смартфона, затем удивился и посмотрел на время. Улыбка расползлась по его лицу. Помощник быстро сообщил всем о том, что на сегодня программа выполнена, и заспешил в главный корпус. К своей картине, куда же ещё. Видно последние штрихи, вот и торопится.

Убедившись, что команда покинула базу, Серёга с Лерой и Наташкой отправились смотреть телевизор в зале отдыха, а Белов засел в кабинете, я направился в ангар.

Зашёл в ворота, прошёл сквозь барьер стационарной «Пелены». В огромном помещении царил полумрак. Вэллор лежал в дальнем углу, свернувшись огромным золотым кольцом.

Я подошёл, высыпал в его таз свежую порцию спецкорма.

— Ужин, друг. Поднимайся, — обратился я к нему.

Дракон приоткрыл один янтарный глаз. Медленно, словно нехотя, приподнял тяжёлую голову, понюхал и заглотил половину. Прожевал без аппетита. Затем тяжело вздохнул, выпуская из ноздрей струйки сизого дыма, и опустил голову на вытянутые лапы. Его чешуя казалась тусклой, лишённой внутреннего свечения.

В моей голове тут же раздался глубокий, невероятно тоскливый, вибрирующий рык.

«Летать… Воздух, Артур… Мне нужно небо».

Я присел рядом, прислонившись спиной к его горячему боку, и сглотнул ком, внезапно появившийся в горле.

— Я знаю, Вэллор. Знаю, — тихо произнёс я.

Это была проблема. Серьёзная. Без браслета, который обеспечивал камуфляж, выпускать дракона размером с телёнка в небо над Питером — чистое самоубийство. Его засекут радары или, что ещё хуже, дроны Синдикатов. Нас накроют в ту же ночь.

Но и держать его взаперти было нельзя.

Дракон, запертый в четырёх стенах, пусть и в просторном ангаре, начнёт стремительно чахнуть. Отсутствие свободы полёта угнетало его психику прямо сейчас, замедляло развитие Ядра. Он угасал у меня на глазах.

Браслет надо было чинить. Срочно. Или доставать новый.

Я вновь перебрал в уме все возможные варианты.

Семён и Родионыч уже выжали из своих армейских связей максимум.

Достать ещё один такой девайс на чёрном рынке, притом не засветившись перед корпоративными ищейками, было нереально. Серёга с ремонтом такой техники не справится.

Но был один человек, который может помочь с такой сложной и нестандартной электроникой. Гений микро-инженерии. И, что самое главное, он умел хранить секреты.

Проблема заключалась в том, что этот человек был из моей прошлой — а точнее, будущей — жизни. Невероятно хитрый, патологически жадный и по-своему очень опасный. Связываться с ним означало вступить на очень тонкий лёд.

Но… деваться было некуда. Ради Вэллора я готов был рискнуть чем угодно. Пусть даже собой.

Я поднялся, погладил тусклую чешую дракона.

— Потерпи, друг, — обратился я к нему. — Скоро ты будешь летать.

«Обещаешь?» — большие глаза Вэллора уставились на меня.

— Обещаю, — кивнул я.

Я вышел из гнездовья дракона, за «Пелену». Присел на пыльные доски в углу. Достал телефон. По памяти, которую не смог стереть временной прыжок в прошлое, набрал знакомый номер, который знал наизусть. В этом времени у него всего два номера, он ещё не начал перестраховываться и менять их после каждого звонка. И ассистента ещё не завёл.

Нажал на зелёную трубку и поднёс трубку к уху. В динамике раздались длинные монотонные гудки…

Глава 18

Гудки стихли. Донеслось некое гудение, будто я залез в трансформаторную будку.

— Слушаю, — недовольно рявкнул хриплый прокуренный голос.

— Витя Порох? — я сразу перешёл к делу, не тратя время на светские беседы.

— Смотря кто спрашивает, — голос на том конце мгновенно стал колючим. На фоне лязгнул металл. — Откуда номер?