хочешь пойти? К тебе, ко мне?

Он вскинул бровь, не ожидая такого.

 — Серьезно?

 — Абсолютно. Но задницу подставлять будешь ты. — процедил я. С меня хватило Дори, больше такой услуги я предоставлять не собирался никому. Мои слова прозвучали зло — и, уже произнося их, я знал его ответ.

Он потерял дар речи от такой наглости. Потом взял себя в руки, отпил ещё сока.

 — К сожалению, буду вынужден отказаться — вежливо сказал он.

 — Понимаю — ответил я. Не могу сказать, что был разочарован из-за его отказа. Если только чуть-чуть.

Завтрак был закончен, мы расплатились и вышли на умытую зимним ливнем улицу.

До моего дома мы доехали молча, он остановил машину под окнами и протянул мне руку.

 — Я рад, что мы встретились, Миха — сказал он.

 — И я.

 — Вижу, что врешь — усмехнулся он — все ещё не можешь забыть Дори?

 — Нет — ответил я — не из-за этого.

Он все держал мою руку, не спеша ее выпускать. Потом наклонился ко мне, и на секунду мне показалось, что он меня поцелует, но он только отстегнул мой ремень безопасности.

— По скорой встречи, Миха.

— Увидимся — коротко сказал я. Глядя на него, я понимал, что требовать от него пассивной позиции было с моей стороны чистой наглостью. Никакого продолжения у нас в перспективе не намечалось, поэтому я захлопнул за собой дверцу машины, поднялся к домой и заставил себя выкинуть из головы мысли о Паите.

Если я ожидал, что Зоар тоже махнет на меня рукой, то ошибался. Примерно через неделю он позвонил опять, в самую рань.

 — Позавтракаем?

 — Уже завтракали же — сонно сказал я — в этот раз он меня все-таки разбудил.

Он рассмеялся.

 — Давно мне не приходилось так тяжело работать, чтобы пригласить кого-то на свидание. Ты со всеми такой?

 — Мм? — я все ещё не мог окончательно проснуться.

 — Когда мне за тобой заехать? — спросил он.

 — Сегодня я хочу заехать на работу — признался я — освобожусь часам к двум или трем.

— Я позвоню тебе к трем — сказал он.

Я провалялся в постели ещё минут двадцать, потом наскоро оделся и поехал в офис.

В пятницу, разумеется, там никто не работал, и я порой использовал несколько тихих пятничных часов, чтобы сосредоточиться и доделать работу в тишине. Я любил эти часы — все было знакомым и одновременно немного чужим. Пустующие кабинеты и опенспейсы — в пятницу это было моим тайным царством. Не надрывались телефоны, не проходил мимо двери моего кабинета хмурый замдиректора.

Точнее, раньше не проходил.

Потому что сегодня он тоже был на рабочем месте.

Я понял это не сразу — в его кабинете было тихо, и дверь была закрыта.

Я прошел к себе, включил компьютер и принялся за работу.

Через примерно час я услышал звук открываемой двери и вздрогнул от неожиданности.

Вышел в коридор и увидел Зелига, выходящего из своей комнаты.

Тот, услышав мои шаги, резко повернулся ко мне.

 — А, это ты — бросил он мне.

 — Пришел поработать — отозвался я.

Он пожал плечами.

 — Твое дело.

 — Дори — сказал я. Мне очень хотелось, чтобы последние два месяца куда-нибудь бы исчезли. Но он смотрел на меня точно так, как и полтора года назад, на дне рождения своего брата — зло и недружелюбно.

Если я протянул бы ему руку — он не принял бы ее, и это было понятно по его лицу.

Поэтому вместо слов примирения я сказал что-то другое.

 — Послушай. Мне нет никакого смысла являться в марте на сборы, и ты сам это понимаешь.

 — Не хочешь идти на сборы? — уточнил он.

 — Не хочу — подтвердил я.

 — Это твои проблемы — он захлопнул дверь в свой кабинет, повернул в нем ключ.

 — Вот ты мудак — пробормотал я.

Он круто повернулся ко мне.

 — Давно не нарывался, Розенберг?

 — Пошел ты — пожелал я ему. Куда делось мое хваленое самообладание? Даже Гай не мог настолько вывести меня из себя.

Он подошёл ко мне поближе, словно чтобы что-то сказать, и вдруг дал мне поддых.

 — Давно мечтал это сделать — доверительно сказал он мне на ухо, пока я хватал ртом воздух.

Когда я немного пришел в себя, он уже покинул помещение.

Работать я после этого уже не продолжил. Выключил компьютер и вышел прямо под дождь. Доехал до дома, проигнорировав какой-то вопрос деда, свалился в постель и проспал до трёх часов.

Проснувшись, я понял, что уже не засну. Провести всю ночь наедине со своими мрачными мыслями мне совсем не улыбалось, и я решил проветрить голову на улице.

Ливень уже закончился, и вечереющая улица сверкала отражениями фонарей на мокром асфальте. Людей снаружи почти не было, но бары и кафе были забиты под завязку.

В свой обычный бар я уже давно не ходил — он прочно ассоциировался у меня с Гаем. Поэтому я решил пройти ещё пару кварталов, до другого места, где иногда бывал раньше.

В кармане у меня зажужжал телефон. Я вытащил аппарат и машинально ответил.

 — Миха — услышал я голос Зоара — где ты?

 — Гуляю — ответил я.

 — Я еду к тебе. Напиши свой адрес, я буду через полчаса.

 — Пиши.

Сейчас я был рад даже его компании. Любой, кто отвлек бы меня от воспоминаний о прошлом и о Зелиге, сейчас прошел бы на ура.

Эти полчаса я провел весьма эффективно — впервые за шесть лет надираясь вдрызг.

Когда Зоар подсел ко мне, возле меня уже выстроились гуськом пустые стопки из-под текилы.

 — Что же ты меня не подождал? — спросил он с легким упрёком.

 — Если бы ты видел меня полчаса назад, все бы на том и закончилось — усмехнулся я.

 — Топишь горе в текиле? — догадался он.

 — Точно — я махнул пробегавшему мимо официанту, заказал ещё четыре порции того же. Зоар заказал себе виски со льдом. Лафройг.

 — Как ты это пьешь? — спросил я, чокаясь с ним.

 — Виски?

 — Лафройг.

 — А что с ним? — не понял Зоар.

 — Тебя ведь тоже Дори отпаивал им тогда?

 — Когда?

 — После первого выступления.

 — С чего бы ему это делать? — он пристально смотрел на меня.

Я промолчал.

 — С тобой он на самом деле носился больше, чем с остальными — с лёгкой насмешкой сказал Паит.

Вместо ответа я просто влил в себя ещё одну порцию.

 — Интересно — сказал Зоар — вы настолько непохожи. Неужели вы правда были вместе до недавнего времени?

 — Всего пару месяцев — ответил я неохотно.

 — Он и ты — задумчиво сказал мой спутник — прямо не верится.

 — Почему? — спросил я. В ушах уже изрядно шумело, но до опьянения ещё было далеко.

 — Дори — это Дори. Ковбой с Дикого Запада. Я вообще не понимаю, как он смог стать командиром взвода, а теперь и роты — с таким отношением к армии.

Я усмехнулся. Дори — Клинт Иствуд. Смешно. Разве что глаза немного похожи.

 — А ты — продолжал Зоар — ты — просто хороший парень. Отважный солдат. Я до сих пор