— Можно, — послышался строгий женский голос. Редоу обернулся и увидел шаманку, стоявшую в двух шагах от них. — Если искренне любишь, желаешь добра, значит, изначально в намерение вкладываешь не ненависть, а любовь, — Серпия выхватила шест из рук Редоу и, размахнувшись, нанесла сильный удар по правой руке Дамира, тот от неожиданности даже отшатнулся. Редоу хотел было остановить её, но она ударила его в лицо, разбив нос, и Редоу упал на землю.

— Физическая боль — это самая простая форма боли и самая незначительная, — строго произнесла Гремучая Змея. — Люди погрязли в страстях, забыв о том, что у них есть дух, который давно уснул. Если ты не используешь мышцы — они атрофируются, не используешь голову — твой мозг усохнет, не используешь дух — он уснёт, — Серпия понизила голос, выделяя интонацией последнее слово, желая подчеркнуть его особую важность. Она подошла вплотную к Дамиру. Даже сквозь повязку он чувствовал её пронзительный взгляд. — Вот здесь, — она ткнула Дамира указательным пальцем в живот. — Твой дух, он только твой, и только ты сам сможешь его взрастить.

Дамир почувствовал, как его обдало жаром. Она нанесла ещё несколько резких ударов по рукам и спине Дамира. Он вслепую отступал назад, пытаясь уловить движение и угадать направление удара, но не мог. Боль не давала ему сконцентрироваться.

— В человеке всё взаимосвязано. Но боль душевная гораздо сильнее. Твоя задача научиться чувствовать и уходить от ударов шеста и судьбы, чтобы не растерять себя и добраться до цели, — спокойно и серьёзно сказала Серпия и нанесла ещё один удар, который Дамир смог отбить рукой, превозмогая боль. На лице шаманки мелькнула улыбка. — Нужно научиться держать удар и отражать его.

Дамир начал понимать, что она говорит. Он молчал, собирая свою волю в кулак. Как ни странно, после слов шаманки о духе он почувствовал силу внутри, которая придавала ему уверенности. Шаманка бросила шест в сторону Редоу, который всё ещё лежал на земле.

— Да, спасибо вам, — буркнул он. Конец шеста попал ему прямо по лбу. — Отшибленная голова — лучшая помощь при кровотечении! — съязвил он.

Шаманка набрала в лёгкие воздуха, одновременно с этим сведя руки перед собой на уровне груди, словно собирала невидимый шар. В этот момент всё вокруг застыло, глаза шаманки засветились. Она выдохнула и сделала резкое движение в сторону Дамира. Он стоял, не понимая, что происходит, поэтому не двинулся с места. В этот момент он почувствовал движение воздуха и сильный удар в живот, который отбросил его на несколько метров назад. Внутри разливалась обжигающая боль, от которой он не мог пошевелиться. Это было больше, чем физическая боль, она была гораздо мучительнее, как будто его выворачивало наизнанку.

— Времени так мало, — разочарованно произнесла Серпия. — А тебе ещё столькому нужно научиться. Привыкай. Даже будучи закрытым, человек вырабатывает способ защиты только тогда, когда сталкивается со средой.

Редоу вскочил на ноги, забыв обо всех своих ушибах, и подбежал к Дамиру. Он приложил руки к его животу, пытаясь вытянуть боль. Серпия с невозмутимым видом продолжала:

— Скоро с тонкого плана боль перейдёт на физический, и тогда заболят внутренности, — её голос звучал отстранённо. — Я здесь для того, чтобы пробудить твой дух. Заниматься с тобой будет Белый Вихрь, — подняв шест, она кинула его молодому человеку, из ниоткуда появившемуся возле Дамира. — Гордый Ястреб, твой дух очень силён. Тебе бы не дали этих испытаний, если бы ты не смог с ними справиться, — шаманка сняла с его глаз повязку и, соединив указательный и средний пальцы, дотронулась до живота Дамира, боль мгновенно отступила, и он облегчённо вздохнул. — Но помни, смысл не в том, чтобы какие-то вещи пробуждали твой дух, смысл в том, чтобы в испытаниях человек сам пробуждал свой дух. На этот раз с уроком справился. Идём, нужно поговорить, — и она направилась к костру.

Редоу помог Дамиру встать, бросив недовольный взгляд на юношу, который стоял с шестом и молча наблюдал за происходящим. Дамир подошёл к костру и сел на камень. Тело болело от ударов шеста, но эта боль казалась такой незначительной по сравнению с той, которая раздирала его изнутри минуту назад. Шаманка, не глядя на Дамира, перемешивала в чане заточенные кости. Тот молча переводил взгляд с неё на кости и обратно. Казалось, шаманка забыла о его существовании, но, встряхнув чан, она начала говорить.

— Я вызывала мёртвых, чтобы поговорить с ними, — серьёзным тоном произнесла она. — И, знаешь, они отказались говорить со мной.

Дамир не перебивал шаманку, боясь вызвать её гнев.

— Не часто такое бывает, — Серпия хмыкнула. — Я погрузилась глубже ещё и ещё, до тех пор, пока мне было позволено. И не получила ответ. Мёртвые молчали и отказывались от общения со мной, — она помолчала, как будто сама обдумывала сказанное. — Общением с духами я занимаюсь с самого детства. И с раннего детства мне пришлось пройти через многие испытания, чтобы получить посвящения и открыть глаза на то, что меня окружает. Люди привыкли видеть то, что видят, ограничиваясь этим и обманывая себя. Но у каждого свой выбор. Изначально я жила в вашем мире, пока за мной не пришли. Ваш мир полон всего, но это только база для того, чтобы оттолкнуться к полёту и достичь совершенства. Не всякому шаману позволено возвращаться назад. Ты строишь свою лестницу. Если лестница крепкая, то и путь будет твой крепкий, а значит, ты не упадёшь. Это касается и Дикой Лошади, — Серпия повысила голос специально, чтобы это слышал Редоу, который как раз прятался в кустах, подслушивая разговор. Дамир внимательно смотрел на женщину. — В каждом из нас есть дух, и у каждого он по-своему силён. Это то, что мы оттачиваем, переходя из одного воплощения в другое, меняя оболочки и обстоятельства, людей и роли. Наш дух — как часть природы, как часть животной силы внутри нас. И каждого своя сила. Сильные шаманы видят это и обучают человека в соответствии с отличительными чертами его духа. Чтобы огранить алмаз, чтобы оружие было использовано максимально эффективно. Кому-то хватает глубокой медитации для развития своих способностей, кому-то нужно битьё розгами, кому-то необходим учитель, кому-то учитель — одиночество, — Серпия ещё раз встряхнула кости. Дамир наконец решился вставить слово.

— А что с этим диском? — спросил он. Шаманка несколько секунд смотрела на диск, её взгляд был рассеян, как будто она погрузилась вглубь своих мыслей. Почему-то Дамиру казалось, что он видит грусть в её глазах, хотя он и не был уверен.

— Эта вещь… Обладает огромной силой и значением, но кто-то всё же осмелился осквернить её своим проклятием. Но поверь, это меньшее, о чём тебе нужно волноваться. Если мёртвые не дали ответ, на это должна быть очень серьёзная причина. Я могу сказать, что эта вещь того мира, где я не могу побывать, и духи умалчивают, значит, их что-то ограничивает. Но, как ни странно, вы делите кое-что общее, — она кивнула на Дамира.

— Я и этот диск? — удивлённо спросил Дамир.

— Да, — ровно ответила шаманка. — Даже если тот, кто дал его тебе, не знал об этом и лишь надеялся проклясть тебя, он отдал тебе гораздо больше.

— И что это? Что общего у нас? Я тоже проклят?

Серпия задумчиво посмотрела на Дамира.

— Печать Смерти.

— Смерти?..

— Мёртвые не говорят, только если Смерть запрещает им говорить. Поэтому я не могу тебе помочь. Ни на ком из ныне живущих и из тех, кто попадался на моём пути, я такой печати не встречала.

— Это значит, что я умру? — взволнованно спросил Дамир. Шаманка усмехнулась.

— Мы все когда-нибудь умрём, — ответила она и встряхнула чан с костями. Дамир недоумённо смотрел на неё, но Серпия как будто больше не собиралась ничего говорить. — Кое-что духи всё же сказали мне, — она сделала паузу, заставляя Дамира нервничать. — Твоя дорога идёт за западной звездой. Ты придёшь к своей цели, но будь готов столкнуться с трудностями, — Серпия снова встряхнула чан. — Я думаю, ты можешь продолжить занятия с Белым Вихрем, — закончила она.