история Крещения в Евангелии

излагается «по свидетельству самого Крестителя», иначе говоря –

«со слов Крестителя».

И повторно отметим – это единственное Евангелие, где

история Крещения рассказывается самим Крестителем от первого

лица. Как Креститель рассказал её когда-то, так всё и перешло в

Евангелие.

Но, если история о самом Крещении повествуется от лица

самого Крестителя (от его «я»), то события следующего дня, когда

он указывает на Мессию ученикам, излагаются уже не

Крестителем, а одним из этих учеников (а кем же еще, если в

рассказе всего три персонажа – два ученика и Креститель, а

рассказчик называет Крестителя «он»?).

Таким образом, обобщив информацию, мы видим, что Иоанн

Креститель, как ему пророчески было сообщено, увидел на Иисусе

тайный пророческий знак пребывания Духа Святого (безо всякого

живого голубя, и безо всякого Гласа с небес), и тогда Иоанн

внутри себя засвидетельствовал – да, это Он!

А на другой день, осмыслив всё окончательно, Иоанн

Креститель указывает в сторону идущего Христа своим ученикам –

Вон Он! Тот! Вчерашний! Мессия!

И два этих ученика тут же бросаются вдогонку за Христом.

Один из этих учеников для истории остался неизвестным, а

второй – это тот самый Андрей Первозванный, который стал

первым учеником Христа!

То есть, понятно, что Иоанн Евангелист приводит эту

историю не понаслышке, а от главных свидетелей. Ибо рассказ

Крестителя в Евангелии Иоанна перетекает в рассказ Андрея

Первозванного и эти два повествования составляют в Евангелии

единый эпизод с Крещением. Этот эпизод составлен по показаниям

непосредственных участников.

Поэтому, если разбирать, какие именно сведения надежнее, то по смыслу всех рассуждений – надежнее Иоанн.

И, давай, читатель, честно спросим сами себя – в какую

историю следовало бы верить с большей основательностью: в ту, где голубь садится на голову Христа и голос с неба вещает как из

мегафона, или в ту, где никакого голубя не летало и Голос, который вещал – был внутренним диалогом Иоанна Крестителя?

Ведь, несмотря на то, что Креститель в Евангелии от Иоанна

говорит – «я видел Духа, сходящего с неба, как голубя», у него

перед этим не « отверзлись небеса» как у Матфея, не « разверзлись

небеса» как у Марка, и этот « голубь» не был « телесным» как у

Луки.

Креститель просто увидел нечто, достаточно понятное

пророку, а людям объяснил – «оно как голубь».

А люди потом перекрутили простую нить повествования в

сказочную тональность.

Я думаю, что нам, сегодняшним, должен быть ближе Иоанн.

Ибо в его истории всё происходит внутри личного понимания

Крестителя и без той самой театральщины, которой так не хотел

Христос.

А людям прошлого, у которых ослица разговаривает, моря

разделяются пополам, бог катается в грязи в обнимку с Иаковом, а

сам Иаков воочию видит вещественную лестницу от земли до неба

– этим людям, конечно же, голубь с небесными голосами ближе.

Но тогда эти люди пусть сами и разбираются с «евангелием

от евионитов». Мы им не помощники.

И они нам не помощники.

И вообще подмена смысла, как это пытаются делать евиониты

– прием не из чистоплотных.

А в этом, как оказалось, – им только разогнаться дай.

Потому что далее в этом «евангелии» следует уже обычное

мелкобесное вранье.

Убедив, как им кажется, легковерную аудиторию в том, что

Христос –