На ум приходит множество других примеров использования полигенных оценок для облегчения жизни детей. Детям, чьи полигенные оценки указывают на склонность к депрессии, мы можем помочь им использовать стратегии когнитивно-поведенческой терапии, например избегать размышлений о проблемах и подходить к трудностям более позитивно, разбивая их на более мелкие части. Что касается личности, то родитель может делать вещи, основанные на здравом смысле. Знание того, что у ребенка высокий уровень энергии, может помочь родителям понять, что их ребенок нуждается в возможности сжечь часть этой энергии. Застенчивому ребенку можно было бы помочь, если бы ему было легче входить в ситуации с незнакомцами.

Наиболее тревожной перспективой для многих людей будет потенциальное использование полигенных показателей родителями для выбора эмбриона с «лучшим» показателем полигенного профиля. Уже давно существуют опасения по поводу возможности появления «дизайнерских младенцев». Необходимость в этом решении может возникнуть, когда в процессе экстракорпорального оплодотворения, одного из многих видов вспомогательной репродукции, создается несколько жизнеспособных эмбрионов. Кажется маловероятным, что пара пойдет на неприятный процесс экстракорпорального оплодотворения исключительно с целью выбора эмбриона на основе его психологического полигенного профиля. Более вероятно, что пара подвергнется экстракорпоральному оплодотворению по медицинским показаниям, например, для скрининга рецессивных заболеваний одного гена, когда оба супруга являются носителями, или потому что они изо всех сил пытались зачать ребенка. Классическая этическая головоломка: что бы вы сделали, если бы у вас было несколько одинаково жизнеспособных эмбрионов, но вы могли бы имплантировать только один. Если бы нам пришлось сделать такой выбор, было бы очевидно, что мы избегали выбора эмбриона с серьезным заболеванием, связанным с одним геном. Но если бы нужно было сделать дальнейший выбор, стали бы вы рассматривать физические, физиологические и психологические полигенные профили?

Профили полигенных баллов могут иметь влияние даже на более ранних этапах жизненного цикла, до размножения, при выборе партнера. Генетический отбор уже происходит на уровне одного гена, чтобы пары могли выяснить, являются ли они оба носителями какого-либо из тысяч рецессивных заболеваний одного гена. Если они оба являются носителями, это будет означать, что у их детей будет 25-процентный шанс заболеть расстройством. Скрининг на носительство стоит рассмотреть для будущих пар, потому что, хотя эти моногенные нарушения встречаются редко, носительство встречается часто. Например, фенилкетонурия (ФКУ), рецессивное заболевание с одним геном, которое, если его не лечить, вызывает тяжелую умственную отсталость, встречается только у одного из десяти тысяч человек, но один из пятидесяти из нас является носителем. Таким образом, существует значительная вероятность того, что пара является носителем одного из тысяч одногенных заболеваний. Они могут принять решение не иметь детей, чтобы избежать этого риска или быть предупрежденными о проблемах, с которыми они столкнутся, если у них будет больной ребенок. Они также могли бы рассмотреть другие варианты, такие как экстракорпоральное оплодотворение, чтобы проверить возможность одного из четырех.

Хотя это может показаться надуманным и, возможно, антиутопическим, сайты знакомств могут расширить свои данные, включив в них полигенные баллы. По мере развития исследований полигенных оценок может стать возможным включать полигенные оценки для психологических черт, обычно упоминаемых на сайтах знакомств, таких как психическое здоровье, интеллект, потенциальный доход, амбициозность, физическая подготовка, личностные качества и качества отношений - и даже хорошее чувство юмора. . В отличие от ажиотажа вокруг сайтов знакомств, информацию о полигенных баллах можно проверить через защищенные паролем ссылки на прямую компанию-потребителя, которая предоставляет определенные полигенные баллы. Однако еще предстоит выяснить, увеличивает ли больший контроль над выбором партнера долгосрочные перспективы пары.

Эти потенциальные приложения включают в себя наше личное использование наших собственных геномных данных. Как насчет использования наших геномных данных другими? В медицине это допустимо — собственно, это и есть цель прецизионной медицины. Но что, если психологические полигенные оценки стали частью процесса отбора для получения образования и трудоустройства? Это кошмарный сценарий для многих людей; фильм 1997 года «Гаттака» звучит в общественном сознании как антиутопическое видение мира, разделенного ДНК на «действительных» с идеальными геномами, которые несут ответственность, и «недействительных», служащих генетическим низшим классом. Взгляд Гаттаки на мир, дихотомически разделенный ДНК на валидные и невалидные, упускает из виду тот момент, что полигенные оценки всегда совершенно нормально распределены — они размерны, а не дихотомичны. Большинство из нас находится посередине.

Однако Гаттака задел за живое, потому что предупредил об опасности генетической информации в руках тоталитарного государства. Но есть и другой способ взглянуть на это в демократических обществах, особенно в тех, которые поддерживают меритократию. Мы уже проводим психологические тесты, чтобы отбирать людей для обучения и, в меньшей степени, для трудоустройства. Если мы собираемся отбирать людей, предсказательная сила полигенных показателей может дополнить информацию, которую мы уже получаем в результате тестирования. В дополнение к их предсказательной силе полигенные оценки более объективны и свободны от предвзятости, такой как подделка и обучение, по сравнению с тестами, которые мы в настоящее время используем для отбора. Вы не можете подделать или обучить свою ДНК.

Полезность полигенных оценок в контексте селекции является эмпирическим вопросом, хотя полезность не решает этических проблем, которые я рассмотрю позже. Мы видели, даже в эти первые дни исследований, что полигенные баллы могут с пользой дополнять результаты тестов для прогнозирования успеваемости в средней школе и университете. Полигенные баллы могут быть особенно полезны для выявления детей, чье неблагополучное происхождение могло бы уменьшить их возможности для получения высшего образования. Другим примером потенциальной пользы, которую могут дать полигенные оценки, является рассмотрение неудовлетворительности и сверхуспеваемости с точки зрения расхождений между потенциальной эффективностью, предсказанной полигенными оценками, и фактической производительностью. В более общем плане, полигенные баллы являются ключевыми для персонализированного обучения, поскольку они предсказывают профили сильных и слабых сторон учеников, что дает возможность вмешаться на раннем этапе, чтобы предотвратить проблемы и повысить надежды.

Что касается отбора с целью трудоустройства, это опять-таки эмпирический вопрос, насколько полигенные баллы могут добавить к предсказанию успеха на работе. Кажется вероятным, что полигенные оценки могут помочь, потому что тесты и собеседования, как известно, плохо предсказывают успех в работе, предсказывая лишь несколько процентов дисперсии. Психологические полигенные профили могут быть особенно полезны при рассмотрении моделей сильных и слабых сторон, которые предсказывают успех на определенных должностях. Как и в случае с веб-сайтами знакомств, защищенная паролем ссылка на компанию, напрямую связанную с потребителем, может сделать доступным сертифицированный набор полигенных баллов, относящихся к профессиональному отбору в целом, и различные наборы полигенных баллов, относящихся к конкретным профессиям.

Какими бы пугающими ни казались некоторые из этих возможностей, я предсказываю, что они рано или поздно сбудутся. Учитывая опасения типа Гаттаки , давайте рассмотрим bete noire генетического скрининга новорожденных более подробно. Несмотря на то, что новорожденные не могут дать информированное согласие, мы, тем не менее, десятилетиями проводим генетический скрининг новорожденных — это является обязательным в большинстве стран. Первоначальным поводом для скрининга новорожденных была фенилкетонурия (ФКУ), моногенное заболевание, которое вызывает тяжелую умственную отсталость примерно у одного из десяти тысяч младенцев и составляет 1 процент умственно отсталого населения в учреждениях.