- Да ни за что, - вдруг возмутился врач, улыбнувшись. Эван подавился словами, вздохнув и расслабившись, увидев эту улыбку. Джеймс, наконец, понял, почему Эван так боялся этого хирурга и так не доверял ему. - Это собаку проще убить, чем вылечить, а человеку помочь всегда нужно попытаться. И… о боже, Эван, ты ли тот парень, которого я оперировал в сентябре? Мне нравятся твои мысли и твой настрой, с тобой будет приятно иметь дело. И я обязательно постараюсь помочь и сделаю то, что от меня зависит.

- Так вы нашли выход? Вы знаете, что с ним и что делать? - поспешно спросил Джеймс, делая шаг к хирургу.

- Не спешите, молодой человек, - хирург снова улыбнулся, - разумеется, я знаю, что с ним, я же с ним это и сделал. Эта пластина была у меня в руках несколько месяцев назад, я знал, что что-то могло пойти не так. Не бывает таких блестящих операций. Она не могла так хорошо прижиться.

- Так Вероника права? Пластина отторгается? - серьезно спросил Ленц, взглянув на хирурга. Магуайер тоже обернулся на хозяина дома.

- Да, мисс Брикс права, - сказал он, указав на Веронику. Та сглотнула, поджав губы и взглянув на Джеймса, - она отторгается, но перед этим она забрала слишком много его здоровья и жизненных сил. И сейчас она только усугубляет ситуацию, раня его изнутри.

- Что же будет потом?.. - спросил Лейсли, с жалостью взглянув на Эвана, которого в дрожь бросало от таких разговоров.

- Могу предположить, что, когда тело полностью отвергнет пластину, он просто умрет, - пожав плечами, сказал хирург, снова осмотрев Эвана с ног до головы.

- То есть… ничего нельзя сделать? Вот, значит, как? - хмыкнув и нервно дернувшись, сказал Джеймс, потянувшись за сигаретой зло и раздраженно. Эван положил руку ему на плечо, пытаясь успокоить.

- Нет, знаешь, мы нашли решение. Мы его нашли. Но это будет непросто, и еще не понятно, принесет ли оно результат или нет, мы не уверены, - проговорила Вероника, встав рядом с хирургом. Все замерли.

- Ну говорите же, - взмолился Джеймс, прикурив и закусив губу. Магуайер с Вероникой переглянулись.

- В этой ситуации единственным правильным решением будет просто удалить пластину из его тела, - спокойно сказал врач, сузив глаза. Эвана передернуло, и холодный ветерок пробежал у него по спине.

- Как это… удалить? - не понял Лейсли, прищурившись.

- Провести операцию, в ходе которой пластина будет изъята. Операция по сложности превышает ту, что была до этого, но это вполне возможно.

- Мне одному кажется, что стало как-то прохладно, - пролепетал Эван, сев на диван и обняв себя руками.

- Просто удалить пластину? Провести операцию? Это все, что требуется для того, чтобы приступы прекратились? - Джеймс с надеждой посмотрел хирургу в глаза.

- Джеймс, дорогой, я не знаю, насколько это ему поможет, его организм дал слишком большой сбой. Я просто предлагаю это сделать, потому что ничего другого не остается. Внутри него - чужеродное тело, и я считаю, его лучше удалить, пока оно его не убило. Иначе он умрет в диких муках, - проговорил Магуайер, а Джеймс почувствовал, что вовсе не успокоился, даже замешкался, не зная, отдавать Эвана в руки хирурга или нет.

- Он же так плохо себя чувствует… разве эта операция не повредит ему? - нервно спросил он.

- Боже, меня трясет, закройте окно, - взмолился Эван, которого опять многие не услышали.

- Оно закрыто, Эван, успокойся, не нервничай, - проговорил Ленц, опустив руку Эвану на плечо.

- В том-то и проблема, Джеймс, мы не знаем наверняка, - сказала Вероника. - Чисто теоретически это должно помочь хоть немного облегчить его состояние. Но есть несколько опасений по поводу того, что он может умереть в ходе операции, - Вероника нервно сглотнула, перемнувшись с ноги на ногу. - Это опасно, но стоит рискнуть, иначе будет еще хуже.

- Решение должен принять только ты, Эван. Против твоей воли тебя никто резать не будет, - сказал Магуайер Эвану, заметив, как его трясет от страха. Эван поднял свои блестящие глаза на него, поставив локти на колени и принявшись раскачиваться вперед-назад, быстро помотав головой.

- Нет-нет, я не буду решать, только не это, - быстро проговорил он дрожащим голосом. - Я не стану, пусть Джеймс, Джеймс решит, я не хочу.

Все перевели взгляд на Джеймса, который чуть не подавился дымом, закашлявшись. Он обернулся на Эвана, округлив глаза, и прокашлялся, поморщившись. Джеймсу такие решения принимать тоже было не очень-то легко, и его здорово полоснуло от страха в душе.

- Ты уверен, Эван? Я считаю, что доктор прав, и ты должен сам все решить, это твои желания и… - проговорил Джеймс, подойдя к Эвану и сев перед ним на колени. Эван здорово боялся, это Джеймс уже понял. И он сам не мог не бояться, видя все это.

- Нет. Нет-нет-нет, я не смогу. Ты же знаешь, я откажусь, откажусь, понимаешь?.. - глаза у Эвана заслезились еще больше, и он стал нервно всплескивать руками, которые Джеймс сразу же поймал, сжав и потянув его на себя, успокаивая.

- Ладно, все, спокойно, - прошептал Джеймс, дотрагиваясь губами до его лба и успокаивая его истерику. Вероника умилилась этому, а Магуайер медленно кивнул чему-то своему. - Хорошо, я приму решение, но я не хочу заставлять тебя делать то, чего ты бы не хотел, понимаешь?

- П-понимаю, - проговорил Эван, кивнув, - но я доверяю тебе, поэтому ты решай, мне все равно.

Джеймс посмотрел ему в глаза, чувствуя, что мир рушится на две половины. С одной стороны было слово «нет» и чувства Джеймса вместе с решением не пускать Эвана на операцию, ведь он может просто умереть под скальпелем хирурга, так и не очнувшись. С другой стороны было слово «да» и здравый смысл, кричащий, что это стоит сделать, ибо нужно рискнуть, ведь Эван может умереть в муках с этой пластиной внутри.

- Тогда я хочу, чтобы ты согласился на операцию, - твердо сказал Джеймс, кивнув. Эван судорожно и невольно набрал в легкие воздуха, прикусив губу до боли и сжав руки в кулаки. - Да… да, я хочу, чтобы ты согласился, потому что у меня есть предчувствие, что после этого тебе станет лучше и тебя перестанут мучить приступы.

- А как насчет того, что я могу умереть в ходе операции? - тихо спросил Эван, посмотрев Джеймсу в глаза. Тот быстро покачал головой.

- Нет, ты не умрешь, я уверен. Просто доверься моим чувствам, ладно? - Джеймс взял в руки его лицо и погладил большими пальцами его впалые щеки, кивнув. Эван тоже медленно кивнул, поколебавшись и все не отпуская зубами губу.

- Решение принято? - неуверенно спросил Магуайер, подойдя ближе к Джеймсу.

- Да, проведите эту чертову операцию и вытащите эту пластину, - сказал Джеймс, встав с колен и затягиваясь сигаретой.

- Ты уверен? - спросил Ленц, прищурившись. Джеймс обернулся на него.

- Если Эвану суждено умереть… то он умрет без этой штуки внутри него. Без этой чертовой пластины, понятно? Поэтому проведите операцию, - твердо сказал Джеймс, прикрывая глаза и громко вздыхая. Магуайер решил быстро согласиться, пока никто не передумал, потому что и сам считал, что операцию лучше провести.

- Хорошо, я проведу операцию, - сказал доктор, снова беря в руки папку Вероники и открывая ее, что-то быстро в ней ища, - только… я говорил, что это одна из самых сложных операций, что я проводил? Мне придется извлекать инородное тело, что находится рядом с диафрагмой, делая большие надрезы, есть риск, что…

Эван протяжно и жалобно застонал, упав грудью на свои колени, и Джеймс посмотрел на это, закатив глаза.

- Давайте пропустим эту часть, мы все равно не сможем в полной мере представить, насколько это тяжело, - терпеливо сказал Джеймс, облизнув губы.

- Я это к тому, что не собираюсь проводить ее один, иначе я его просто убью, - хмыкнул Магуайер, что-то быстро написав в папке Вероники и вручив ее ей. В зале повисло гробовое молчание, и только взгляд Джеймса стал каким-то слишком знакомым всем присутствующим. Он стал до боли саркастичным, ироничным, в нем читался сарказм. Казалось, он сейчас снова выдаст что-то такое, из-за чего люди на стенку лезли раньше при общении с ним. Но Джеймс сдержался, только слишком ИРОНИЧНО и фальшиво вздохнув и чуть растянув уголки рта в улыбке.