- Хорошо, я помогу, - медленно и неуверенно произнес Джулиан. Вероника улыбнулась, а Роуз одобрительно кивнул, снова принявшись ходить по комнате. - Только вот толку от меня, если мы все тут понимаем, что найти главного ассистента нам не удастся?

Снова повисла пуза. Вероника устало откинула голову на спинку дивана, напряженно всматриваясь в потолок. Крис решил промолчать, все равно он сам ничего не знает и предложить не может. Роуз отвернулся к окну так же, как и Джеймс, Лейсли и Ленц переглянулись, и Эдриан удрученно двинул бровями, вздохнув. Один Уилл насмешливо глядел на всех, скривив губы в ухмылке.

- Я что-то тоже не представляю, где вы будете искать квалифицированного хирурга с опытом работы, который не откажет в этой незаконной операции, - сказал он, отчего всем стало только хуже. Иногда Ленцу казалось, что было бы лучше, если бы Уилла вообще не существовало, пусть иногда он и говорил годные вещи. Но зачастую он лишь усугублял атмосферу и подливал масла в огонь. - Я так понял, долго тянуть нельзя? Нет, и вы реально надеетесь найти кого-то за это время? Может, у кого-то где-то есть знакомые ученые-хирурги? - с иронией протянул он, покачав головой.

Никто не решил отвечать Уиллу, все только продолжили думать и погружаться в свои мысли. И всем это тоже казалось абсурдом. Найти кого-то умного, опытного, понимающего, в чем дело. Найти хирурга, правую руку Магуайера. Где? И главное как? За эти-то несколько дней.

Вероника выжидающе покосилась на Джеймса, закусив губу изнутри, внутри что-то ныло и скребло на душе, но она смотрела ему в затылок, все-таки решив сказать это вслух.

- Ты же понимаешь, о чем я думаю, верно? - спросила она, глядя на Джеймса. И стало так тихо, как, казалось, не было никогда. Даже дыхания стали тихими и незаметными, все покосились на Веронику и Джеймса, подозрительно прищурившись.

- Понимаю, я сам об этом думаю, - хмыкнул Джеймс, затянувшись. - А еще я думаю, что это абсурд - просить его о помощи.

- Это единственное решение, - парировала она, раскачивая ногу, что была закинута на ногу. - И я тоже думаю, что это абсурд.

- Он далеко не первый, кому можно доверять, - сказал Джеймс, выдыхая белый дым.

- Он квалифицированный хирург, проводивший операцию Эвану.

- Лидлманн там был, - Джеймс развернулся, взглянув на Веронику. Девушка прищурилась, сложив руки на груди.

- Лидлманн не поможет, - сказала она, покачав головой.

- С чего ты взяла, что он поможет? Он непосредственно связан с лабораторией.

- Он не поступит так с ним.

- Он не ты.

- Он и не его отец, - Вероника облизнула пухлые губы, вздохнув.

- Да, потому что он его сын.

- У тебя нет выбора, Джеймс.

- О нет, у меня есть выбор, - Джеймс усмехнулся, затушив сигарету.

- Эвану требуется операция, а, если не будет главного ассистента, не будет операции!

- Мы не можем просить его о помощи! Мы не можем ему доверять, - Джеймс покачал головой, отвернувшись.

- Ты не можешь, а я могу. И нет у тебя выбора, ты и сам это знаешь, - сказала она, хмыкнув. - Где ты найдешь кого-то лучше него? Нигде, только он понимает, в чем дело, и может это сделать.

- Он не станет! - повысив голос, сказал Джеймс.

- Да о ком вы, черт возьми?! - не выдержал Роуз, качнув головой и громко усмехнувшись. Спросить хотел уже любой, присутствовавший в этой комнате, кроме Лейсли, который прекрасно знал, о ком они. Остальные же просто следили за их разговором, чувствуя себя лишними. Вероника сверлила взглядом Джеймса, который отвернулся к окну и упер руки в бока, думая над словами Вероники и затылком ощущая ее взгляд. Вероника же вздохнула, чуть растянув уголок рта в ухмылке.

- Об Эрике, - ответила она, взглянув на голову Джеймса, которая дернулась в неодобрительном жесте.

***

- Чей это адрес, Рони? - Эрик засунул одну руку в карман своего халата и прислонился плечом к стеклу окна, которое протянулось во весь коридор лаборатории.

- Просто приезжай сюда, и я все тебе объясню, хорошо? - прозвучало в трубке, а затем послышался сдавленный и быстрый выдох. Она курила. Эрик сдвинул брови и облизнул свои тонкие бледные губы, перемнувшись с ноги на ногу. За окном уже темнело, дождь во всю тарабанил по стеклу. Отсюда, с пятого этажа, был виден лес, окружающий лабораторию и освещаемый несколькими большими и светлыми лампами. Но в основном Эрик видел в окне свое же отражение. Молодого юношу с уставшим серьезным лицом, яркими синими глазами и красивой шевелюрой. А еще маленькой родинкой на подбородке, которую так любила Вероника.

- Разве ты не поехала навестить своих родителей? - неуверенно спросил Эрик, сдвинув свои тонкие от природы брови на переносице.

- Да, - быстро ответила девушка, кашлянув. - Да, все так и было, но планы изменились, говорю же.

- Чей это там голос? - Эрик насторожился, услышав помимо голоса Вероники еще чей-то, отдаленно что-то напоминающий ему голос. Знакомый голос. Высокий, тягучий и сладкий. Повисла пауза.

- Ничей, - отмахнулась Вероника, помолчав. - Послушай, здесь есть люди, кроме меня, в чем проблема?

- Голос знакомый.

- Тебе показалось, - снова быстро произнесла она, видимо, затянувшись.

- Рони, я не очень понимаю, что происходит… - признался Эрик, которого эта ситуация немного беспокоила. - Я понятия не имею, где находится этот Дейтон и…

- Я же говорю, пригород Йорка.

- Я только что вернулся из Йорка, зачем мне ехать обратно, Рони?

- Потому что… это важно? Потому что Я тебя прошу? - произнесла Вероника своим прохладный, но очень проникновенным голосом. - Послушай, Эрик, просто приезжай, ладно? Я тебе сказала, как проехать на электричке, там просто поймаешь такси, адрес записал?..

- Записал… - пробормотал парень, покосившись на свою руку, где черной ручкой были написаны цифры и адрес.

- Отлично, - сказала она, голос ее дрогнул, стал каким-то преломленным и тяжелым.

- Рони, у тебя все в порядке? Что-то произошло, я знаю, - Эрик оторвался плечом от стекла, прищурившись.

- Я тебе все объясню, правда. Просто приезжай. Ты приедешь? - спросила она, буквально затаив дыхание, но все равно он слышал ее короткие вздохи в трубке. Эрик поколебался с секунду и снова бросил взгляд в окно, на свое отражение.

- Д-да, приеду. Поговорю с отцом и приеду.

- Нет! - перебила его Вероника так громко, что Эрик поморщился, отстранив телефон от уха. - Только не называй ему адрес, ладно? Не говори, куда едешь.

- Это еще почему? - подозрительным тоном спросил Эрик, прищурившись. Вероника замялась.

- Просто не говори. Потом все объясню, главное - не говори никому о том, куда ты едешь и зачем. И что я тебя позвала, тоже не говори, просто приезжай как можно скорей, - попросила девушка. Эрик вздохнул, устав от каких-то тайн.

- Да, хорошо, не беспокойся, я приеду, - протянул Эрик, потерев рукой уставшие глаза.

- Спасибо, я люблю тебя, - шепнула Вероника, тут же положив трубку. Эрик вслушивался в короткие гудки, смотря на свое отражение.

- И я тебя люблю, - проговорил он как-то устало, положив сотовый в карман и разворачиваясь, выходя из этого коридора на лестничную клетку.

Обогнув ее, он вышел к лифту, вызвав его и привалившись плечом к стене. Яркий свет лаборатории слепил глаза, а Эрику ужасно хотелось спать, он ни разу за эти два сумасшедших месяца не выспался, пока они всей лабораторией играли в Холмса и искали мальчишку Кортвуда, который посмел выкинуть такой трюк. Все лаборатория была на ушах, вся полиция, охрана и все ученые первые недели были просто озабочены этой проблемой, отложив все свои дела в сторону. Сейчас же общая паника приутихла, но искать Джеймса не переставали ни на минуту. Его вечно спокойный и холодный отец сходил с ума, перебирая адреса и пытаясь мыслить, как его безумный сын, чтобы хотя бы предположить, где он мог находиться. Кажется, месяц назад они вышли на след. Да, был некий Томас Блэквуд, который заявил, что Джеймс останавливался у него. Правда, никто так и не понял, что произошло, мужчина путался в показаниях, и у него была травма головы. А спустя несколько недель он умер, совершив суицид. Известно было, что Джеймс покинул дом ночью и с ним был еще один парень. Тогда у всех появилась надежда, что их все-таки найдут. Но след обрывался здесь же, в Лидсе, никто не знал, куда следовать дальше и куда мог деться Джеймс. Дома караулила охрана и сами сотрудники лаборатории. Сам Эрик только вчера вернулся из Йорка, проведя там две недели из-за той выходки Лейсли. Ему нельзя было доверять, Эрик почему-то это знал. И теперь он просто сбежал. Взял и сбежал, а еще пропало дело ‘08139’ этого мальчишки. Какого черта, спрашивается? И четыре дня назад, проводив Веронику в лабораторию, он не думал, что и она сбежит. Она сказала, что ей нужно навестить отца и мать, ведь отпуска отменили всем из-за этих проблем. Что же случилось на самом деле?