- Это был и твой проект тоже, ты занималась этим все эти годы, и теперь ты так спокойно об этом говоришь?!

- Я всегда думала над тем, насколько это неправильно! И только Джеймс сделал что-то по-настоящему стоящее…

- Да, он отцу пытался что-то доказать! Глупые подростковые прихоти! - поморщившись, рявкнул Эрик, кивнув взгляд на Джеймса.

- Он делал это не из-за отца, он человеку помог! - Вероника тоже повысила голос, встав напротив Эрика и подняв голову, чтобы смотреть ему в глаза.

- Да какому человеку, он же, как овощ, нетрудоспособный, о чем ты?!

- Я нормальный, - твердо и хрипло прозвучал чей-то голос. Вероника отступила назад и скосила глаза на Эвана, склонив голову чуть набок. Эрик тоже в недоумении перевел глаза на этого парня, который выглядел просто ужасно даже на фоне такого же уставшего и болезненного Джеймса. Кости выпирали отовсюду, большие глаза потеряли цвет и стали красными и какими-то неживыми. Его било мелкой дрожью, а губы были сухими и очень бледными. От одного его вида становилось не по себе. - Я нормальный, понятно? Я такой же, как и ты, я обычный человек, ты ничего не понимаешь, - проговорил Эван, взглянув Эрику в глаза. Того перекосило от недоумения и какой-то раздраженности.

- Нормальный? Ты нормальный? Ты себя видел?! Ты всего лишь эксперимент и не больше, ты только выглядишь как человек, - сказал он, качнув головой, Вероника быстро перевела глаза на Эрика, моргнув пару раз и не найдя, что сказать. Джеймс сжал руки в кулаки.

- Не смей так говорить! - твердо и громко сказал он, сделав к Эрику шаг. - Не смей, он ничем не отличается от тебя, меня или кого-либо еще. И то, что творила лаборатория, никак не сказывается на его статусе, понятно? Он прекрасный человек, в отличие от всей этой вашей лаборатории, поганых роботов, которые деньги на чужих жизнях срубают!

- А как ты смеешь так говорить, Кортвуд? - рявкнул Эрик, Эван поморщился и прикусил губу, почувствовав, как глаза защипало. - Ты пошел против родного отца, встав на сторону какого-то мальчишки, которого даже не знаешь!

- Вот как ты заговорил? - сладко протянул Эдриан, что стоял неподалеку, прислонившись спиной к арке. Эрик глянул на него, увидев на его губах все ту же противную улыбочку, сладкую до невозможности.- Интересно, что ты скажешь, узнав, что этот мальчишка, которому Кортвуд не дал умереть, - твой брат?

- Эдриан! - повысив голос, сказала Вероника, прикрыв глаза рукой и отходя на пару шагов в сторону. Ленц почему-то усмехнулся, встав и поправив свою черную жилетку, красиво облегающую талию.

- Когда, если не сейчас, Вероника? - снова протянул Лейсли, только теперь его улыбка приобрела что-то от Моны Лизы. Стала не такой сладкой, а, скорее, очень натянутой и недоброжелательной. - Он же сейчас сдаст их, разве ты не видишь?

- Мне тоже показалось, что все к этому и сводится, - доброжелательно сказал Ленц, сложив руки на груди, - пора было открыть карты, Вероника, Эдриан прав.

- Не смотри так, Эрик, это правда, - твердым и убийственным голосом проговорил Джеймс, не отрывая взгляда от Эрика. Тот покосился на Джеймса, оторвавшись от Эвана. Затем он посмотрел на отвернувшуюся Веронику, на улыбающегося Лейсли и на незнакомого парня, что стоял у дивана. Глаз у него стал невольно подергиваться.

- Да вы что тут все рехнулись, что ли?! - не выдержал он, всплеснув руками. - Этот эксперимент - мой брат? Больше ничего не хотите?

- Джеймс, пожалуйста, - Эван повернулся к Джеймсу, посмотрев на него жалостливыми глазами, и Джеймс перевел на него взгляд, немного удивившись. Пока шли все эти разборки, он даже не смотрел на Эвана и не видел, как того просто потряхивало от нервов, страха и раздражения. Лицо его перекосилось, глаза прикрылись и стали какими-то мокрыми, будто бы он вот-вот заплачет. Губы у него чуть подрагивали, пусть и были плотно сжаты в одну линию. Джеймс поднял руку и положил ее ему на спину, погладив ее.

- Все нормально, спокойно, - твердо сказал Джеймс так тихо, чтобы услышал только он.

- Ничего не нормально, - прошептал он, невольно всхлипывая, - ничего, разве ты не видишь?

- Эрик, это правда, я сама не поверила, когда узнала, - твердо сказала Вероника, даже не повернувшись к Эрику. Тот покосился на ее спину, покачав головой.

- Кто это выдумал вообще? Где таких фантазеров брали? - он усмехнулся, скорее, от нервов и прошелся чуть по комнате, уперев руки в бока.

- О, да нет, все гораздо проще, - произнес Лейсли, снова улыбнувшись, - это было написано в его деле, - Эрик остановился, замерев. - Клайд Джордж Ганс, - жестикулируя, сказал Эдриан.

- Клайд? - Эрик нервно улыбнулся, будто бы готовый засмеяться. - Клайд… Джордж… Ганс?.. Вы, черт возьми, все прикалываетесь надо мной, шутники? Больше ничего не выдумали?

- Эрик, это правда! Эван - твой брат, родной брат, он сын твоего отца, который и упек его в лабораторию непонятно зачем. Поверь уже, это все правда! - взмолилась Вероника, повысив голос. Эван зажмурился, опустив голову, Джеймс и сам стал закипать, как и Эрик, которого не отпускало.

- Ты все что угодно выдумаешь, лишь бы я согласился держать это в секрете, да? - Эрик усмехнулся, взглянув на Веронику, а затем и на Лейсли. - Вы всерьез думаете, что я сжалюсь и стану помогать? Ах, нет же, вы так не думаете, именно поэтому выдумали, что этот парень - мой брат. МОЙ брат, ага. Хорошая легенда, и с фактами вы ознакомлены, конечно. Кто придумал? Дай угадаю, - он снова посмотрел на Веронику, усмехнувшись. - Ты, да? Конечно, ведь только ты знала, что у меня мать ждала еще одного ребенка, но потеряла его. Только ты знала об этом, Вероника, как ты могла такое придумать, - тыча в Веронику пальцем, серьезно спросил Эрик. Волосы выбились из его прически и упали ему на лицо, из-за чего он каждую минуту был вынужден их поправлять. Вероника быстро обернулась на Эрика, хвост из волос ударил ей по лицу.

- Эрик, очнись! Я ничего не выдумывала, этот парень и есть тот самый ребенок, твоя мать не теряла его, он живой, и вот он стоит перед тобой! - повысив голос еще больше, сказала она, щеки ее покраснели, а дыхание сбилось.

- Брось, дорогуша, приглядись, вы же даже похожи, - протянул как всегда,негромко и сладко Лейсли, улыбнувшись. Эрик покачал головой, устало вздохнув.

- Так, все, мне это все надоело, я звоню отцу, - быстро проговорил он, направившись на выход из гостиной. Вероника метнулась к нему, встав перед ним и останавливая его плечом, которым уперлась ему в грудь.

- Не смей! - крикнула она. Она взял ее за плечи, встряхнув.

- Вероника, не мешай мне, черт возьми!

- Эван, успокойся, - проговорил Джеймс, схватившись одной рукой за голову, чувствуя другой, как Эвана бьет в лихорадке.

- Нет! - вскрикнул Эван, истерика снова началась. С этим вскриком остановилась даже Вероника, которая в шоке просто уставилась на Эвана. На него уставился и Эрик, все порываясь выйти, уже достав телефон. - Нет, ты что, не видишь, все кончено! Он нас сейчас сдаст…

- Нет, Эван, ничего не будет, - Джеймс схватил его за плечи, крепко сжав их, Эван принялся вырываться, как безумный.

- Я же говорил… я говорил тебе, почему ты меня не послушал! - Эван вырвался из его объятий и кинулся в холл так быстро, что Джеймс просто остался стоять, рассеянно смотря, как Эвана останавливает Лейсли. Точнее, как Эван врезается в него, в его объятия, которыми Лейсли его сдавил, не давая вырваться. Эван стал дергаться в стороны и вниз, чтобы отцепиться от него или вырваться, но Лейсли слишком крепко держал его. Его колотило. Трясло в лихорадке, по щекам лились невольные слезы, а дыхание было тяжелым, сорванным из-за больной груди и ужасного самочувствия. Лейсли пытался ему что-то сказать, успокоить, но он не слушал, а только дергался. Так сильно, что один раз ударил рукой Эдриана по лицу. Тот только зажмурился, но сжал его сильнее, замечая, как к ним подошел Джеймс, остановившись в метре и устало, с болью наблюдая за этой истерикой. Эван подогнул ноги и резко пихнул Эдриана в грудь, из-за чего тот стал терять равновесие. Но Лейсли просто не успел отцепить свои руки от Эвана, поэтому на пол они упали вместе, перекатившись по нему несколько раз. Эван попытался встать, но Эдриан схватил его руками поперек талии и подтянул к себе, заламывая руки и переворачивая на спину, сам садясь на пол.