- Если бы я только мог тебе помочь… - прошептал Джеймс, выдыхая белый дым. На самом деле, ему казалось, что сигарет он уже не чувствовал. Не чувствовал запаха дыма, не ощущал дыма, что он вдыхал в себя. Казалось, он просто вдыхал воздух, а не сигарету. Это его тоже беспокоило, но не так, как Эван. Все-таки курил он уже давно, да и чего беспокоиться об этом? От курения, может, и умирают, но не в восемнадцать лет же.

Джеймс оторвал взгляд от вечернего темно-фиолетового неба и опустил глаза вниз, чуть приподняв одну бровь. Дело в том, что этот балкон располагался на лицевой стороне дома, прямо над парадной дверью, и выходил на небольшой и уже давно неработающий фонтан у дома. Но дело было не в нем. Впереди были ворота и выезд из поместья, а прямо внизу, около этого фонтана, стояла машина. А еще там стояли Эдриан и Ник. И они обнимались. Просто прилипли друг к другу и не отрывались. Видно было, как крепко Ник обнял Лейсли за спину, положив голову ему на грудь. Видно было, как медленно Лейсли гладил его рукой по распущенным волосам, и было слышно, как он что-то негромко ему говорил. Но Джеймс отчетливо слышал, что тон его голоса был вовсе не таким высоким и сладким как обычно. Голос был бархатным, тихим, несвойственным этому человеку. Джеймс чуть наклонил голову вперед, стряхнув пепел куда-то в сторону. Ну надо же. Лейсли упорно делает вид, что заинтересован в нем. Он даже провожать его пришел во двор, а Ник должен был уехать еще полчаса назад, если Джеймса не обманывала память. В доме все так радовались тому факту, что они наконец-то нашли друг друга. Особенно радовался Эван, особенно скептично относился к этому Джеймс. Да, ему все еще это казалось бредом. И любовь Лейсли к Нику - бред, и переезд в Уэльс - тоже бред. Похоже, что Эдриан просто наобещал ему горы взамен на то, что Ник будет послушно быть с ним рядом. Ведь Эдриан такой. Ему все время нужен человек, но совершенно неважно какой. К которому можно приставать, такой и нужен. Какие там чувства, какой внутренний мир? Он видел в Нике жертву, как хищник, вот и все. И пусть Джеймс и отпустил Ника, формально освободив его от обязанностей в доме, в Дарк Холлоу Ник обязан был вернуться, ведь никто и ни о чем не знал. И пусть Джеймс и согласился пойти ему навстречу, он все равно считал это абсурдом, а согласился лишь потому, что он не вправе удерживать человека. Он никогда не чувствовал себя отцом, который всегда так легко распоряжался слугами. Ник и не был слугой, он его друг. И это его решения, пусть сам все решает со своей жизнью.

Джеймс даже негромко усмехнулся, качнув головой и перемнувшись с ноги на ногу. Стоять было как-то вообще тяжело, силы, похоже, покидали его с каждой минутой. Он подумал, что вообще не выспался сегодня, раз его так ломило. Эдриан подождал, пока машина выедет за ворота поместья, и, засунув руку в карман джинсов, глубоко вздохнул. Он мотнул головой, потому что ветер поднял его волосы, и теперь они лезли ему в лицо. В конце концов пришлось вытащить руку из теплого кармана и поправить прическу самому. Джеймс на балконе снова перемнулся с ноги на ногу и шаркнул подошвой своих ботинок по основанию балкона. Эдриан, услышав звук, быстро обернулся и посмотрел вверх. Джеймс, не отрывая от него взгляда, прислонил сигарету к губам и немного сузил глаза, выдохнув белый дым, смотря на Лейсли как-то из-под ресниц. Лейсли понял, что тот все это время стоял там, и его улыбка стала более заметной, хотя его лицо вечно носило улыбку, к этому уже привыкли.

Спустя несколько минут Эдриан сам поднялся на второй этаж и зашел к Джеймсу, отодвинув тюль и тихо открыв дверь на балкон. Джеймс даже не обернулся, он знал, что это был Эдриан, он уже понял, что, похоже, от разговора с ним ничего не спасет.

- Я тебя сегодня вообще практически не видел, - сказал Лейсли, развернувшись и прислонившись к перилам балкона спиной, глядя на Джеймса как-то по-своему иронично, но ласково.

- Я неважно себя чувствую просто, - сказал Джеймс, натянув рукава свитера на самые пальцы и чуть съежившись, снова затянувшись, - да и Эван не хотел выходить.

- Он волнуется?

- Все волнуются.

- А он?

- А он нет, - хмыкнул Джеймс, опуская голову и глядя себе под ноги. Волосы упали ему на лицо, и теперь Эдриан его не видел. - Ну… он боится, конечно, но мне этого не показывает. Он не хочет выглядеть смелым или еще что-то… Я просто думаю, что ему не хочется, чтобы я волновался, или его просто слишком все достало, и он хочет поскорее отделаться от этого.

- Я, конечно, все понимаю, ты волнуешься, все дела, но, если тебя это успокоит, наша мисс непоколебимость сказала, что они с Магуайером нашли способ немного укоротить операцию, - пожав плечами, сказал Эдриан. Джеймс покосился на него чуть исподлобья недоверчиво.

- Вероника?

- Ну да. Она что-то говорила об этом Джулиану и Нойманну, большинство из того, что она сказала, я благополучно не понял, но речь шла про то, что можно будет укоротить время операции.

- Что-то меня это не успокоило, - Джеймс скривился, снова прикрыв глаза и навалившись на перила, перенеся вперед центр тяжести, казалось, он засыпал на ходу.

- Я знал, - снова пожав плечами, сказал Лейсли, внимательно наблюдая за Джеймсом. Все, как он и думал: Джеймс медленно терял свои силы. И проблема была вовсе не в погоде и не в Эване. И даже не в недосыпе, как казалось Джеймсу. Все было гораздо глубже, но проще для понимания.

- Тебе он правда нравится? - вдруг спросил Джеймс, практически перебив Эдриана, который собирался рассказать Джеймсу все. Глаза Лейсли чуть увеличились, а брови взметнулись вверх.

- Ты про?..

- Ника, да, - быстро отрезал Джеймс, повернув голову к Эдриану. – Ты правда чувствуешь к нему что-то, кроме тупого желания переспать?

- Да, - со смешком ответил Лейсли, улыбнувшись, - да, Джеймс, он правда нравится мне. И да, он сказал, что ты не особо-то в это веришь.

- Да, не верю.

- Но ты отпустил его, - сказал Эдриан, чуть прищурившись.

- Потому что я не имею права его удерживать, - так же ответил ему Джеймс, сузив глаза. - Мне плевать, будет ли Ник работать у меня в доме или нет. Но мне не плевать на то, что что-то внутри меня говорит мне о том, что все это бред и ты тупо обманываешь его.

- Ну, так заткни это что-то, потому что вот он я, и я говорю тебе о том, что он мне нравится, - уже серьезно произнес Эдриан. Джеймс захлопал ресницами, прикрыв рот и стряхнув пепел от сигареты. - Почему даже такой холодный и черствый человек, как ты, может влюбиться по-настоящему, а я нет? Я гораздо теплее тебя, и я гораздо проще отношусь к людям…

- Проблема не в том, что я такой холодный и не могу никого полюбить. Проблема в том, что ты слишком теплый и можешь полюбить всех, если нужно. Если ты кого-то хочешь, например. А Ник красивый, с этим трудно поспорить, - Джеймс хмыкнул, затянувшись. - А еще он очень наивный. Может, не столько наивный, сколько хочет доверять и верить кому-то. Он добрый, он всем и всегда готов дать шанс. Так что даже тебе, законченному ловеласу, он без единой задней мысли поверил, согласившись уехать с тобой невесть куда. Он сказал, что вы действительно сошлись. Характерами, вкусами, чем там еще, не пойму…

- Дело не во вкусах, а в том, что мне с ним чрезвычайно легко. Как ни с одним человеком вообще. Он понимает меня с полуслова буквально. И он до безумия приятный, я готов раздавить его в своих объятьях, понимаешь? Просто обнять и стоять так, пока нас не оторвут друг от друга, - Джеймс внимательно на Лейсли посмотрел, пару раз моргнув. Сколько раз он чувствовал это к Эвану. Да что там… он и сейчас это чувствовал. Сейчас, когда Эван спал и когда сильно обнимать его было нельзя, потому что ему было тяжело. Неужели Лейсли чувствует что-то похожее? - Я не понимаю, почему сейчас пытаюсь что-то тебе доказать… наверное, чтобы успокоить твою бдительность и убедить в том, что со мной он будет в порядке?

- Может, и поэтому, - Джеймс пожал плечами, выкинув окурок куда-то далеко в голые кусты, - а, может, потому что тебе нравится об этом говорить, ты же обожаешь эти темы.