- Я знал!

- Дослушай. У любого препарата есть побочные эффекты. У этой вакцины этот эффект тоже есть. Он заключается в том, что она может давать обратный ход…

- Как это?.. - не понял Джеймс. Он оперся руками о перила балкона и снова поежился, внутри будто разлился холод.

- А так, что она может как и укреплять твое здоровье, приводя иммунитет в норму и даже больше, так и способна за небольшое время полностью уничтожить его, убив тебя. И только от тебя зависит то, какой эффект она будет давать, - Лейсли пожал плечами, хмыкнув. - Твой отец тоже беспокоился об этом, кстати. Вот он вколол тебе вакцину. Она действует, ты здоров как бык, все отлично. Но так будет до тех пор, пока ты ведешь здоровый образ жизни. Пока ты следишь за здоровьем и не позволяешь себе лишнего. А как только ты забиваешь на себя и на свое здоровье, вакцина сразу же начинает убивать тебя…

- Ты хочешь сказать, что мне нельзя?..

- Именно. Делать всего того, что ты делаешь сейчас. Курить. Раньше ты тоже курил, но как-то в меру, что ли. А сейчас все эти обстоятельства заставили тебя поехать с катушек и выкуривать сигареты просто тоннами. Это хреново, Джеймс, я вечно вижу тебя с сигаретой. Твой иммунитет уже дал сбой, а организм начинает разрушаться, получая сигналы к разрушению. Понимаешь? Эта вакцина делает весь твой организм гораздо устойчивее к болезням, но гораздо чувствительнее к сигаретам и прочему дерьму. Твой отец надеялся, что ты обойдешь это стороной, но ты постоянно куришь, черт возьми. Твой организм не справляется.

- Звучит как бред, - выдал Джеймс, покачав головой и потерев лоб ладонью. Он выглядел скептично, но на самом деле все эти слова заставили его понервничать.

- А ты думаешь, почему тебя так трясет в последнее время? Почему ты такой болезненный, недосыпаешь, тебе вечно холодно, пропал аппетит, и у тебя упадок сил? - Лейсли оглядел Джеймса с ног до головы быстрым взглядом. - Это все из-за этого, тебе нельзя курить вообще. Ты забил на себя, считай. И организм получил сигнал к самоуничтожению…

- То есть, ты хочешь сказать, что я умру? - убийственным мрачным тоном спросил Джеймс, чуть выгнув бровь. Лейсли улыбнулся.

- Нет, если сделаешь то, о чем тебя вечно просит Эван. Перестанешь курить. Перестанешь, и все придет в норму, - Лейсли щелкнул пальцами, отстранившись от перил.

- Но, черт возьми, как сейчас-то? Сейчас операция, и неизвестно, что будет потом. И Эвану только хуже и хуже, и все мои мысли, они… - пролепетал Джеймс, забегав глазами по темному двору, который уже погрузился в ночь. - Я не могу бросить сейчас, я слишком нервный из-за этого всего.

- Джеймс, учись справляться со всем без помощи сигарет, - сказал Эдриан, положив руку ему на плечо, сжав его. - Все-таки ты нам нужен. И Эвану. Следи за собой, в своей жизни все решаешь ты. А отец просто хотел помочь тебе, сделать как лучше…

- А получилось как всегда, - мрачно сказал блондин, сложив руки на груди.

- Ну, он старался, - Лейсли сладко улыбнулся, - подумай над моими словами. А лучше иди уже спать, ты неважно выглядишь.

- Не говори мне этого, - Джеймса аж передернуло внутри. Эдриан снова широко улыбнулся и, облизнув губы, пошел на выход из балкона.

- Спокойной ночи, - промурлыкал бывший архивист, оставив Джеймса наедине со своими мыслями.

***

«Каждая потеря, Джеймс, делает тебя сильней».

Джеймс буквально влетел в кабинет Ленца, не постучавшись, а просто открыв дверь нараспашку, залетев в кабинет и быстро закрыв ее за собой. У него была паранойя, он был в этом уверен более чем на сто процентов. Его все утро било лихорадкой, а сейчас, когда он проходил мимо большой гостиной и увидел там Веронику, Нойманна, Джулиана, Эрика и Эдриана, а еще и Джеймса Магуайера, который должен был приехать позже, его вообще внутри скрутило, а руки стали дрожать. Он видел, как они освобождали вторую маленькую гостиную от ненужных вещей. И он прекрасно понял, что операцию решили проводить в ней. Там был самый удобный для этого стол, да и сама она была больше обычных комнат, но меньше той же большой гостиной. Внутри Джеймса все рвало и метало, ведь все это было правдой. Операция состоится. Сегодня вечером. Даже сам Эван ужасно волновался и предпочитал отсидеться в комнате, пока там шла подготовка. Джеймс пообещал ему, что скоро вернется, но ему просто было необходимо поговорить с Ленцом или еще с кем-нибудь… хоть с кем-то, потому что ему казалось, что он сойдет с ума сегодня вечером.

- Что Магуайер так рано делает здесь?! - с этим вопросом, буквально сметая все на своем пути, Джеймс ворвался в кабинет Делайта, громко хлопнув дверью.

- Они решили, что он должен приехать пораньше. Точнее, он так решил, у него появились кое-какие изменения насчет операции, - спокойно ответил Ленц, читая какой-то документ и подпирая одной рукой голову. Он быстрым взглядом окинул Джеймса, отметив, что тот как-то слишком возбужден.

- Какие… какие могут быть изменения, разве все уже не решено?! Как можно что-то изменять, когда операция - через какие-то считанные часы? - повысив тон, спросил Джеймс, направляясь к столу Делайта. Внезапно взгляд его привлекла Лили, что стояла у окна, обняв себя руками и смотря на улицу. Она была одета в какое-то легкое красное платье, что сочеталось по цвету с ее распущенными волосами. Похоже, у нее вся одежда была красная. Джеймс заметил ее и остановился, глупо на нее смотря и медленно моргая. – О… о, так вы… так я помешал, вы разговаривали? Ладно, ничего, я уже ухожу, - быстро проговорил Джеймс, так же быстро развернувшись и направившись к двери.

Ленц проводил его странным взглядом, выгнув одну бровь и медленно понимая, что его лучше остановить, иначе он и правда уйдет, а он был не в таком состоянии, чтобы пересекаться с кем-то, кроме терпеливого и понимающего Ленца.

- Нет, Джеймс, постой. Мы просто улаживали кое-какие дела, так что это неважно, останься, - Джеймс тут же развернулся и пошел обратно, похоже, он надеялся, что его остановят. - Джеймс, ты слишком волнуешься. Спокойно, он ведь профессионал.

- Мне плевать, кто он, честно, - утробным голосом сказал Джеймс, отойдя к большому открытому шкафу, что стоял справа от стола Ленца. - Я просто, как только увидел всю эту подготовку к операции, так… черт, это все так хреново, такое ощущение, что я только что осознал.

- Крис приехал, - вдруг произнесла Лили, моргнув и чуть выгнув свою бровь. Джеймс обернулся на нее, не расслышав.

- Что?

- Крис, - сказала она, кивнув на окно, - только что в дом зашел.

- Странно, он сказал, что приедет позже, - сказал Ленц, взглянув на часы.

- Видишь, сегодня все идет не так, - убийственным тоном сказал Джеймс. На него одновременно посмотрели и Ленц, и Лили, переглянувшись.

- Джей, у тебя паранойя, - сказала Лили, улыбнувшись и все не опуская свою светлую бровь.

- Она права. Впервые, - мрачно добавил Ленц, взглянув на Джеймса. Лили одарила его укоризненным взглядом, цокнув.

- Да нет же, я серьезно говорю, - Джеймс качнул головой, облизнув нижнюю губу. - Мне сегодня сон приснился. Он мне уже много раз снился, я тебе говорил. Мне снова приснилась та сцена из детства. Я и отец на кладбище у мамы. Он меня тогда обнял, и это, кстати, был последний раз, когда он меня обнял, и сказал: «Каждая потеря делает тебя сильней, Джеймс», - Джеймс опустил глаза, прикусив нижнюю губу, а потом снова поднял их на Ленца, который внимательно смотрел на него, отложив документ. Лили тоже повернулась к Джеймсу, обеспокоенно на него глядя. - Ничего так, да, сон перед операцией?

- Джеймс, это всего лишь сон, ты просто переволновался, - попытался успокоить его Ленц, но Джеймс был непоколебим.

- А ты не веришь во все эти сны? Я в сны больше, чем в Бога, верю, - сказала Лили, пожав плечами.

- А ты веришь в Бога? - Ленц выгнул бровь, взглянув на сестру. Та ухмыльнулась.

- Нет, - сказала она, отойдя от окна и перестав обнимать себя руками, - но в сны верю. Они всегда что-то значат.