- Хочешь, я открою тебе секрет? То, что ты еще не знаешь обо мне? - вдруг спросил Джеймс, глядя куда-то в сторону. Эван нахмурился, сдвинув брови и подняв голову, поставив на плечо Джеймса уже подбородок. Он задумчиво посмотрел в окно.

- А я что-то о тебе не знаю? - с долей иронии прошептал Эван, и Джеймс тронул носом его волосы, тоже горячо в них прошептав:

- Есть такое, - Эван отстранил от его плеча голову и поднял глаза, выжидающе смотря в голубые глаза Джеймсу. - В детстве я страдал клаустрофобией. Ну, не совсем в детстве, я думаю, это продолжалось вплоть до этого времени. Но я помню, как мама, а потом и отец, все время, укладывая меня спать, оставляли дверь открытой, как и окна, чтобы я не боялся этого. А когда я чуть подрос, я помню, как заявил отцу, что если вдруг я умру раньше него, то он может что угодно сделать с моим телом, серьезно, что угодно, только не класть меня в гроб, я этого ужасно боялся. Отец мне уже пообещал, что этого не сделает, а я все равно мечтал умереть так, чтобы от меня мало что осталось и в гроб просто нечего было класть. Понимаешь? У меня была ужасная фобия, слава богу, что сейчас я как-то одумался и понял, что нет ничего страшного в замкнутом пространстве… если в этом пространстве есть ты, - сказал Джеймс, оторвав одну руку от его спины и погладив его по щеке. Эван, который слушал его с чуть приоткрытым ртом, губы сомкнул и перестал дышать так тяжело и сипло, чуть улыбнувшись.

- И почему ты решил рассказать мне это сейчас?

Джеймс пожал плечами, снова его обняв.

- Не знаю. Наверное, для того чтобы ты знал, что если раньше я шугался лифтов и даже метро, то теперь я бы с удовольствием застрял бы с тобой в лифте. Желательно надолго, - Джеймс улыбнулся, тихо посмеявшись. Эван тоже, выдохнув, засмеялся.

- В лифте практически нечем заняться, мы бы заскучали…

- О, ну не знаю. В лифте можно делать очень много занимательных вещей, - пошло прошептал Джеймс, опустив одну руку Эвану на поясницу, а затем и на ягодицы.

- А… ну, тогда я бы даже хотел поселиться с тобой в доме, где есть лифт, - прошептал Эван, снова отстранив голову от его плеча и практически касаясь носом носа Джеймса. - И мы бы застревали в нем каждый день.

***

Ночью Эван почувствовал себя как-то странно, ему вдруг стало как-то слишком душно в комнате, в то время как Джеймс спал в свитере, постоянно замерзая. Эван лежал головой на его вытянутой руке и смотрел Джеймсу в лицо, разглядывая его, окончательно проснувшись. С тех пор как они заснули, прошло часа два, не меньше. Но и не больше, Эван понял, что спал совсем мало. Джеймс спал на удивление спокойно, потому что практически всегда он спал очень тревожно, морщась, дергаясь, даже постанывая во сне. Эван не знал, что прошлой ночью Джеймс захлебывался слезами, сжимая себя же руками и произнося его имя несколько раз.

Джеймс был красив, даже когда спал. Было в нем что-то просто до безумия аристократическое, что сохранялось даже во время сна. Была какая-то черта, на которую взглянешь и сразу подумаешь, что это спит аристократ. Пускай он иногда и правда морщился, вздыхая, а иногда вообще сворачивался калачиком, подтянув ноги и руки к груди и зарываясь лицом в подушке. Тогда он выглядел особенно мило и как-то беззащитно, Эван это его состояние тоже любил. И раньше, увидев это, Эван подвигался ближе к нему и тоже сворачивался калачиком так же, как и он, чуть вытянув руку и взяв его за пальцы. Самое главное - касаться его кожи во время сна. Такую же цель ставил себе и Джеймс, поэтому так не любил спать в малой гостиной, ведь там особо к Эвану не придвинешься. Зато можно было здесь, вытянув руки и обняв его, или взять за руку, или подвинуться и касаться носом его носа или губами его лба. Эвану это тоже нравилось, он любил подолгу разглядывать Джеймса, когда не спалось. Но сейчас ему не просто не спалось. Он чувствовал себя слишком странно, его голова думала о чем-то своем отдельно от Эвана, и эти «невидимые» мысли заставляли сердце Эвана биться в бешеном ритме. Эван и сам не понимал, что с ним было, что это за состояние? То ли ему было страшно, то ли он просто подумал о чем-то плохом и отталкивающем. То ли его тело будто бы мягко ему о чем-то напоминало. Хотя, на самом деле, совсем не мягко. Эван чувствовал всю ту слабость, охватившую его, в полной мере. Казалось, даже руку было поднять сложно, а глаза все время так и норовили закрыться, хотя спать не хотелось совершенно. Дышать тоже было тяжело, и Эван это ненавидел. Ненавидел, потому что начинал задыхаться через минуту, и ему приходилось делать этот больной, но глубокий вдох. Он чувствовал, что температура у него поднялась, и его тело охватила какая-то гипервентиляция. Он откинул одеяло в сторону и зажмурился, тяжело вздохнув. Тело схватило мелкой дрожью, но дрожью не от холода, от чего-то другого. Почему-то стало страшно, Эван будто что-то совсем внезапно понял. Что-то страшное.

Джеймс наблюдал за ним, пусть и притворялся спящим. Он тоже пытался понять, что происходило с Эваном и почему он так странно смотрел на Джеймса, постоянно дергаясь, но стараясь делать это как можно незаметней. Он чувствовал его горячее дыхание и жар, который от него исходил. Похоже, у него снова поднялась температура. Рука, на которой лежал Эван, давно затекла, но он не мог ей пошевелить, ведь он же спал. Джеймс смотрел на Эвана из-под ресниц незаметно, стараясь не шевелиться. Но Эван все равно уловил его взгляд и замер, смотря ему в глаза.

- Ты не спишь?.. - уточнил он, пару раз моргнув. Он как-то очень странно произнес эту фразу. Судорожно, будто с дрожью в голосе. Джеймс поерзал, и Эван поднял голову, поняв, что отлежал ему руку. Джеймс руку согнул, сгибая и разминая пальцы.

- Не спится, - пожав плечами, ответил Джеймс. Хоть ему и не спалось, он все равно чувствовал эту сонную атмосферу, что повисла в комнате. Его тело было расслаблено, а рядом с Эваном было жарко, а ведь он спал в свитере. Особенно он это осознал, когда теплая рука Эвана скользнула ему под свитер на живот, проведя по нему пальцами вниз и аккуратно, но как-то судорожно поддевая резинку его спальных штанов. Джеймс глаза открыл, с искренним удивлением уставившись на Эвана, пару раз моргнув. Эван тоже заглянул ему в глаза, остановив свою руку, которая практически скользнула ему в штаны.

- Эван?.. - только и смог произнести Джеймс чуть хриплым голосом.

- Джеймс… Переспи со мной, - горячо выдохнув, попросил Эван, подтягиваясь к нему ближе и снова поднимая руку ему на впалый бок. Джеймс свои вытаращенные глаза никуда не убрал, он продолжал смотреть на Эвана так, как если бы он сейчас признался, что он - девушка или гермафродит или что вообще не любил Джеймса все это время.

- Эван, ты чего? - Джеймс даже издал смешок, не поверив. - Ты ведь не в том состоянии, чтобы…

- Джеймс, но я хочу, - Эван практически застонал, слушая, как бьется его же собственное сердце, и подтягиваясь к Джеймсу все ближе, пропуская руку за его спину и сжимая пальцы, царапая там его кожу. Джеймс поморщился и тихо выдохнул. Конечно, Эван его возбуждал, как он его может его не возбуждать? Другое дело, что Эвану должно быть как бы сложно заниматься сексом, и он сам это понимал. И так внезапно об этом заговорил… - Я хочу сейчас, Джеймс. Возьми меня, ладно?

- Твое состояние…

- Плевать на состояние, - Эван выдохнул Джеймсу в висок, тут же поцеловав его и приблизившись к его уху. - Я хочу тебя. Сейчас. И мне плевать на состояние, если я этого хочу, значит, я в состоянии это сделать. Разве ты не хочешь?

- Хочу ли я? - Джеймс усмехнулся, качнув головой. - Да я сдерживался все эти недели, черт возьми…

- Ну вот и отлично, тогда давай займемся этим прямо сейчас, - судорожно пролепетал Эван, закрывая глаза и чувствуя, как он и вправду начал возбуждаться. Джеймс поколебался немного, думая, соглашаться или нет. Взять Эвана хотелось безумно, но ведь ему может быть больно или неудобно. Какую позу вообще принять, чтобы сделать это с ним, недавно прооперированным? Эван выжидающе выдыхал ему в шею, целуя ее с громкими чмоками, пока Джеймс смотрел куда-то в сторону, судорожно облизывая свои губы.